Первое сентября в Be-in
  • 4330

Первое сентября в Be-in

Несмотря на то, что мы все давно закончили школы и вузы, все равно Первого сентября многих из нас охватывает необъяснимый трепет, сравнимый с празднованием Нового года: с этого дня все начинается заново. Только школа жизни теперь намного строже: с завучем не договоришься, а дневник не спрячешь в туалете. Но мы готовы к трудностям, мы хотим взрослеть и стремиться вперед. К сожалению, нам пришлось оставить позади тех, кто очень многое для нас значит – наших учителей, преподавателей и наставников. Они научили нас думать, вчитываться, размышлять и анализировать. Эти люди сделали нас такими, какие мы есть сейчас. И если бы не наши учителя, интернет-портал Be-in был бы совсем другой.

Редакция в почти полном составе

Елена Гулькина, менеджер отдела спецпроектов

«До десятого класса я не очень-то регулярно ходила в школу по банальной причине: учиться было слишком легко. Однако все изменилось, когда я перешла в Лицей при МаГУ, нашем университете. Там я и познакомилась с прекраснейшей Тамарой Андреевной, нашей преподавательнице по литературе. Когда первую же контрольную по произведению у нее весь класс написал на твердую двойку, я поняла: «Произведения по программе надо читать. И читать вдумчиво». Уроки у Тамары Андреевны проходили сурово, но интересно. Это была школа выживания в мире Литературы. Именно благодаря ей я узнала, какого цвета были туфельки Наташи Ростовой на ее первом балу и почему ручка трости Воланда была в форме головы пуделя. В одиннадцатом классе, чередуя метод «кнута» («Если в 8 утра первая часть работы не будет у меня на столе, я тебя съем») и «пряника» («Котик, ты же умничка. Все сможешь!»), Тамара Андреевна помогла мне постигнуть все тонкости трилогии «Человек в футляре» – «Крыжовник» – «О любви» и написать исследовательскую работу по психологизму в рассказах Чехова.
О Тамаре Андреевне можно многое рассказать. Но самое главное, чему она меня научила – читая произведения, воспринимать и осознавать его на всех уровнях: эмоции, мысли, структура, биография автора и история создания произведения. Этот навык и сейчас я применяю не только с книгами, но и в каждый момент своей жизни».

Анна Некрасова, обозреватель

«Если вы думаете, что изучать Платона и Аристотеля в пятом классе ненормально, то скажите это моей учительнице по литературе Афониной Елене Владимировне. Я обожаю эту женщину, потому что благодаря ей знаю, что нужно читать-понимать-знать, чтобы стать барышней, а не другой представительницей женского пола на букву «б». Любовь к искусству и мировой литературе привила тоже она. Да что уж там, Елена Владимировна – это моя семья, я всегда ее навещаю, когда бываю в родном городе. Если бы не она со своим огнем внутри, то, возможно, я бы писала колонку о приготовлении тирамису в условиях эмбарго, а не о культуре».

Александра Плотникова, обозреватель

«Наверное, меня ненавидела учительница по математике. Спустя несколько лет после окончания школы я поняла, что, видимо, меня еще и «информатик» недолюбливал. Но зато у меня была Наталья Вячеславовна, учительница по русскому языку и литературе.

Она заставляла читать по триста страниц «Войны и мира» за два дня, писала унизительные замечания в дневник и постоянно намекала, что если я не выучу стихотворение Маяковского, то после школы я буду в подвале писать сочинения для ГДЗ. Не уверена, что Маяковский имеет такое влияние на судьбу человеческую, но точно знаю, что Наталье Вячеславовне было совсем не все равно, чего мы достигнем в жизни. Она требовала, заставляла и непреклонно гнула свою линию. Жаль, что благостность этих намерений понимаешь только спустя несколько лет».

Елена Нагаева, редактор раздела «Шопинг»

«Не могу сказать, что в моей жизни был один наставник, сильно на меня повлиявший. Как в школе, так и в универе, меня окружали достойные преподаватели, и даже те, кто мне не нравился, смогли меня чему-то научить. Самообладанию, например.

Я никогда не забуду свою классную руководительницу, Елену Николаевну, по совместительству учительницу по русскому языку и литературе, которая боролась с нашим нежеланием писать сочинения не криками и плохими оценками, а необычными заданиями. Она предлагала, например, написать сочинение-мнение о проблематике романа от лица одного из героев с использованием характерных ему особенностей речи. Не прочитав произведение, сделать это было трудно. А еще она просила мою маму, чтобы я пришла на выпускной не в кроссовках.

В моей жизни были истеричные учителя, которых лучше было не выводить из себя, строгие учителя, которых лучше было не обманывать, даже если за домашнее задание и не садился, слишком сердобольные и добрые учителя, которых не хотелось обижать. И все они научили, прежде всего, уважительному отношению к человеку, который тратит свои нервы на то, чтобы ты хоть чего-то добился в жизни. Сейчас я понимаю, что не важно, нравится тебе человек или нет, главное, чтобы он вызывал у тебя эмоции. Если ты равнодушен к учителю, то, скорее всего, никаких знаний он передать тебе не сможет».

Ксения Осипенко, менеджер отдела спецпроектов

«Журфак совсем не похож на сказку: но именно там я встретила двух просто сказочных героинь – добрую волшебницу и злую колдунью. Очень символично, что обе они – доценты и кандидаты филологических наук. Доброй волшебницей для меня стала преподаватель английского Наталья Алексеевна Чистякова, которая рассказывала на парах про философию трансцендентализма и историю американских медиа и разрешала сдавать домашнее чтение по книгам Тома Вульфа и Хантера С. Томпсона.
Роль злой колдуньи сыграла доцент Васильева, под руководством которой я писала дипломную работу бакалавра. Научное руководство свелось к одному сардоническому абзацу в конце работы, что-то вроде: «Если вы сами все это писали, то я – балерина. Таким языком пишут сорокалетние мужики с философским образованием, а не юные девы вроде вас». Я перестала верить в то, что люди с научной степенью свободны от предрассудков, но по-прежнему считаю, что английский лучше изучать по художественной литературе».


Александра Смирнова, PR-менеджер

«Я долго не могла понять про кого я хочу написать: классную руководительницу, которая была по совместительству учителем истории, или учительницу английского. Потом я поняла, что их объединяет одно качество, которое меня очень притягивало, – человечность. Остановлюсь на учительнице английского, которую зовут Ирина Васильевна. Она научила меня обдумывать поступки и нести ответственность за то, что ты говоришь (в школьном возрасте это сложно). В какой-то момент мы стали друзьями, поскольку я всегда могла вот так просто прийти к ней и поделиться своими душевными терзаниями, она вела себя наравне со своими учениками, и это притягивало. Мало того, что благодаря ей я знаю английский (главное, не забывать его), сейчас я чувствую, что благодарна ей за понимание. Это стимулировало меня воспринимать людей такими, какие они есть».


Анна Булгакова, менеджер

«Веселые картинки» в моей школьной жизни появились в пятом - шестом классах, благодаря нашей «классной» – молоденькой выпускнице педвуза Инге Александровне Коложвари. Помню, Инга ходила в длинной юбке, жилете, блузке в цветочек и длинных бусах, – думаю, она была немного хиппи. Учительница пела и играла на гитаре и сколотила среди своих учеников почти группу. Мы горланили «Yesterday», «Оду к радости» и «Бандьеру Россу», стучали и гремели на маракасах, ксилофоне, треугольнике, металлофоне, кастаньетах. Я до сих пор часто напеваю эту самую «бандьеру». Еще она нарисовала для меня несколько чудных вариантов подписей: вензелем, арабским стилем, угловатой графикой. Осчастливлен был каждый желающий, и, наверное, мои одноклассницы, как и я, до сих пользуются этими подписями. Инга Александровна больше не работает в школе, она психолог, сочиняет стихи и выступает на радио со своими песнями. Конечно, таким homo universale в школе не место, но порой и нам, ученикам, везет. Да здравствуют «Битлз», цветочки и непрерывный креатив!»


Максим Муратов, обозреватель

«Школьные годы я забыл как страшный сон. Учиться мне не нравилось, а интересных педагогов, которые могли бы повлиять на меня, не было. Но все изменилось с поступлением в университет: филологический факультет, Бродский и Кафка, дешевое вино с одногруппниками, моя любимая кафедра литературы. Эти годы запомнились навсегда и во многом благодаря преподавателям. Многие из них были властителями моих дум в то время. Но одного из них стоит выделить. Игорь Александрович Романов преподавал нам профильный предмет – зарубежную литературу. Он научил меня вести дискуссии, докапываться до сути даже в самом заумном поэтическом тексте, ценить маргинальную литературу, разбираться в современных течениях, отличать настоящее искусство от посредственности, да и много чего еще. Я всегда записывал его умные мысли, запоминал их, и пользуюсь ими до сих пор. Так что, во многом благодаря этому педагогу я стал тем, кто я есть».


Алексей Баженов, CEO

«Любовь к литературе, к поиску схем и структур, как и любовь к Окуджаве и «Балтике 3» мне привила моя учительница старших классов Пушкина Наталья Николаевна. Совпадение имени здесь неслучайное – связь с «отцом русской словесности» присутствует и не только в выборе предметов – русского языка и литературы.
Однозначная и внутренне бескомпромиссная, она как учитель хоть и допускала другие точки зрения, но, на самом деле, их не принимала. Вся русская литература давалась наскоками и бессистемно, но так, что ее невозможно было не любить всем своим существом. Почему такой сильный человек пошел в школу – для меня вопрос. Нарциссизм? Власть над душами? Кафедра проповедника? Любовь к детям я даже не беру в расчет, потому что мы были для нее взрослыми.
Собственно, я впервые режу пуповину. Взрослый должен быть критичным, иначе он восторженный щенок. Но мне кажется, что все, что я сделал и делаю, идет от этой рваной, тотальной энергии смыслообразования, вчитывания и домысливания реальности. Так что, читая Be-in, вы слушаете ее лекции и отвечаете на вопросы ее домашних заданий. А, поверьте, получить «четверку на ее предмете было ошеломительным успехом. Так что удачи, бывшие отличники вузов!»


Комментарии

Читать на эту тему