Правила основателя 032c Йорга Коха
  • 27.12.15
  • 2593

Правила основателя 032c Йорга Коха

Йорг Кох был хардкорщиком, занимался самиздатом, а свое первое международное издание – ставший культовым журнал о культуре, искусстве и моде 032c – запустил, имея на руках $1000. Спустя 11 лет после старта 032c Кох получил пост главреда немецкого Interview, а в 2015 году попал в BoF 500 – список профессионалов, меняющих индустрию моды. Наконец, 1 января 2016 года Кох станет главным редактором издательского подразделения Ssense – один из лучших мировых онлайн-магазинов дизайнерской одежды развивает собственное медиа. Мы решили разобраться, чем основатель 032c дышит и чем живет.


032c Fall/Winter 2015 с материалами о Гоше Рубчинском и Vetements


«»

Я вырос в субкультурной среде, слушал панк и хардкор. В этой культуре многие были ультралевыми, радикальными социалистами, очень политизированными людьми – я не был исключением. Эта среда, этот образ жизни и мыслей автоматически делали из тебя аутсайдера, в том смысле, что ты полностью выпадал из молодежной и поп-культуры. Это был очень интересный жизненный опыт.


В начале 90-х, еще до запуска 032c, Кох издавал хардкор-зины – информацию о как минимум двух до сих пор можно найти в интернете. 032c поначалу тоже выглядел как зин, печатался на газетной бумаге, выходил ограниченным числом копий, а своей концепцией пытался всячески отгородиться от традиционной журналистики. Было, например, абсолютно неясно, кто создает журнал и пишет тексты – Кох яростно отрицал понятие авторства.

«»

Вначале 032c противопоставлял себя классической журналистике, протестовал против профессиональных канонов. Этого, конечно, уже давно нет. Я понимаю, что нам нужно было пройти через этот период отрицания, чтобы затем шаг за шагом начать что-то строить. Журнал изменился, но три главных убеждения остались неизменными: DIY-подход, вера в эрудированность наших читателей и зашкаливающее любопытство.


Объясняя происхождение названия, построенного на основе кода, Кох говорит: «Нам хотелось, сделать глобальное издание, но подчеркнуть немецкие корни. У немецких дизайнеров середины ХХ века вместо названий товаров были сплошь коды – это бы подчеркивало нашу локальность. А отсылка к системе цветов Pantone говорила бы о нашей глобальности. Ведь код 032c в Pantone – обозначение оттенка красного, понятное любому дизайнеру в любой точке мира». Признаваясь, что это достаточно пространное рассуждение, он говорит конкретнее:

«»

Мы хотели, чтобы журнал производил впечатление, будто это какие-то промышленные дизайнеры-модернисты из 60-х издают панковский зин.


Материалы о моде появились в 032c только к 9 выпуску (на данный момент их 29). До этого журнал рассказывал о дизайне и архитектуре, бизнесе и политике, затрагивая моду скорее по касательной. Кох нынешним положением дел в моде не очарован:

«»

Модой я заинтересовался через творчество Хельмута Ланга, Рафа Симонса и Эди Слимана. Их ценности во многом совпадали с моими. Но я считаю, что вся система моды давно прогнила. Сезонность выпуска коллекций себя изжила, равно как и само понятие коллекции. И никто не знает, что с этим делать. Поэтому с модой у меня странные отношения – от любви до ненависти.


И еще:

«»

Вряд ли где-то можно найти больше несчастных людей, чем в индустрии моды. Из человека, попавшего туда, выветривается доброта: к тебе с самого начала относятся исключительно плохо, и со временем ты сам к этому привыкаешь.


«Я мечтал, чтобы у нас размещали рекламу Helmut Lang, Dior Homme и Comme des Garçons», говорит Кох и добавляет, что недавно 032c заключил рекламный контракт с Prada. «Но в начале мы были рады и одному-единственному рекламодателю. Потому что если ты издаешь журнал в Берлине, ты изолирован от мира, ты исключен из индустрии. Но Берлин принес свои плоды, особенно поначалу. Это тот случай, когда у тебя нет денег, но есть время. Время, чтобы делать ошибки и понимать, в чем их причина. Если бы мы выбрали Нью-Йорк или Лондон, кроме денег не хватало бы еще и времени».

«»

Делая журнал, нужно думать о нем, как о бизнесе. Мы монетизируем 032c за счет рекламы и здесь важно понимать следующее: если ты смог привлечь хороших рекламодателей, то за ними подтянутся еще столько же новых. То же самое и с авторами. Важно действовать поступательно и не снижать планку качества.


У 032c было несколько разных периодов: «Первые выпуски журнала напоминали DIY-зин, потом мы резко переключились на глянец, делали большие фотоматериалы и полностью отделили текст от изображений. А потом мы просто стали классическим журналом, хорошо структурированным, с нормальной разбивкой на разделы».

«»

С опытом приходит понимание, что нужно постоянно меняться. У нас все устроено так: если нам надоедает внешний вид журнала, мы что-то меняем, и он снова выглядит свежо. Только важно знать, когда все изменить.


Говоря о том, кто и как оказал влияние на концепцию 032с, Кох открещивается: «Вряд ли кто-то на нас повлиял. Может, только Vanity Fair, где сначала идет 15-страничный рассказ, потом военный репортаж, а потом съемка девушек в купальниках. На нас куда больше повлияла архитектура и лингвистика, как мне кажется».

«»

032c передает ощущение свободы, которое можно уместить в одну фразу: «We don't give a fuck». Нет, не в том смысле, что мы какие-то дураки. Я имею в виду другое – мы делаем то, что нам нравится. В одном интервью я сказал, что хотел сделать сексуальный и опасный журнал. Опасный в своей свободе – тем, что он сделан без оглядки на что-либо.


Рассказывая о том, как формируются идеи, Кох признается, что бессилен перед потоком информации:

«»

Я не могу выбросить непрочитанную газету. Я провел отпуск, читая газеты годичной давности. Я потребляю огромное количество информации: книги, журналы, газеты, что угодно. Я как кит, питающийся планктоном. И только одна крошечная идея, зацепка, может превратиться во что-то стоящее. Я знаю, что это неэффективно, но я ничего не могу с собой поделать.


Комментарии

Читать на эту тему