Реальная жизнь диснеевских злодеев
  • 25.09.14
  • 26340

Реальная жизнь диснеевских злодеев

Злодеи в искусстве всегда нравятся больше. Вроде бы симпатизировать не за что, но есть в них какая-то магнетическая привлекательность, харизма и своеобразное обаяние. В классической литературе полно подобных примеров: Люцифер из «Потерянного рая» Джона Мильтона, шекспировский Фальстаф, лермонтовский Демон, дьявольская свита из «Мастера и Маргариты», в конце концов. Такие плохие парни нравятся девушкам и являются образцами для подражания подростков, ищущих себя. Они – бунтари, они бросают вызов обществу, с ними не скучно. Конечно же, добро всегда побеждает, но зло при этом собирает больше поклонников. Тянуться к плохому – парадокс человеческой натуры. Но если взрослые люди падки на обаяние порока, то что говорить о детях. Ведь одни влюбляются в самых выразительных и ярких персонажей, не обращая внимание на то, положительные они или отрицательные.

Михаил Врубель «Демон сидящий» (1890)

Студия Уолта Диснея почти сто лет является главным поставщиком отборного и привлекательного зла для детей и подростков. Диснеевские антагонисты – яркие и запоминающиеся персонажи, которых боишься и любишь одновременно, будь то зловещий Джафар из «Алладина», гротескная Урсула из «Русалочки» или эксцентричная Круэлла Де Виль из «101 далматинца». В противопоставление однообразным и схематичным положительным героям золотой эры Диснея, злодеи выглядят настолько реалистично, что сложно не восхититься, как режиссерам и аниматорам удавалось вдохнуть жизнь в обычный набор рисунков. А все потому, что у каждого диснеевского антагониста есть реальный прототип, подчас не менее харизматичный.

Тайное обаяние порока

Злая Королева («Белоснежка и семь гномов», 1937) — Марлен Дитрих

Злая Королева – первый и эталонный диснеевский злодей. Она воплощает абсолютное зло – холодное, отстраненное и безумное одновременно. Королева не похожа на поздних более гротескных диснеевских негодяев: не зря Адольф Гитлер восхищался этим образом. К слову сказать, «Белоснежка и семь гномов» был его самым любимым анимационным фильмом. Сложно отрицать, что в образе Злой Королевы просвечиваются черты хладнокровного и безграничного в своей жестокости нацизма.

Интересен тот факт, что аниматор Арт Бэббит, ответственный за создание образа Злой Королевы, вдохновлялся голливудскими дивами, эксплуатирующими модный в 1930-е образ вамп. Самой известной femme fatale Голливуда была Марлен Дитрих – холодная немка арийской внешности, любимица Геббельса. Министр народного просвещения и пропаганды Германии в 1936 году предложил Дитрих полную свободу творчества и 200 000 рейхсмарок за каждый фильм. Но она отказалась и уехала в США. В дальнейшем, Марлен Дитрих стала иконой Голливуда и предметом обожания мужчин – под ее чары попали такие легендарные личности, как Эрих Мария Ремарк, Жан Габбен и Эрнест Хемингуэй. Все эти романы закончились неудачно – Дитрих, подобно Злой Королеве, могла хладнокровно разбить любое сердце.

Чернобог («Фантазия», 1940) — Бела Лугоши

«Фантазия» – один из самых смелых экспериментов Уолта Диснея. В фильме нет общего сюжета: он состоит из девяти эпизодов, каждый из которых представляет абстрактную анимационную зарисовку на какое-либо классическое музыкальное произведение. В эпизоде «Ночь на лысой горе» на основе одноименного произведения Модеста Мусоргского появляется самый жуткий из всех диснеевских чудовищ – Чернобог. К славянскому божеству этот персонаж не имеет отношения: имя использовали видимо для экзотики. Чернобог – крылатый демон огромных размеров, который призывает на лысую гору мертвецов с кладбищ. По размаху никакой другой диснеевский злодей с ним не сравнится. Чернобог – настоящее воплощение страха.

Прообразом Чернобога стал знаменитый актер фильмов ужасов Бела Лугоши, прославившийся ролью графа Дракулы в одноименном голливудском хорроре 1931 года. Аниматоры, работая над образом Чернобога, использовали знаменитую жестикуляцию Белы Лугоши, а крылья демона ночи похожи на черный плащ Дракулы. Актер позировал им. В то время сложно было представить более подходящий прообраз для Чернобога, чем Бела Лугоши. Сыграв в «Дракуле», он автоматически стал хоррор-иконой. Но кинообраз инфернального злодея, в свою очередь, сыграл с Лугоши злую шутку. Увы, актеру предлагали сниматься только в фильмах ужасов: до конца жизни ему приходилось становиться то безумным ученым, то монстром Франкенштейна, то очередным вампиром. Кстати, даже после смерти Бела Лугоши не смог отделаться от навязчивого амплуа – его похоронили в костюме Дракулы.

Круэлла Де Виль («101 далматинец», 1961) — Таллула Бэнкхед

Круэлла Де Виль – злодейка с налетом декаданса. Эта сухая, язвительная женщина с неизменным мундштуком в руке и в эксцентричных нарядах пойдет на все ради шикарных мехов, даже на убийство сотни щенков-далматинцев. Круэлла – заложница моды с гипертрофированным чувством прекрасного. Она – один из первых комических диснеевских антагонистов, своеобразная пародия на икону стиля.

Прототипом Круэллы Де Виль стала американская театральная актриса Таллула Бэнкхед, которая отличалась особенной эксцентричностью, хриплым голосом и специфическим чувством юмора. Для американцев она, как для нас – Фаина Раневская. Таллула Бэнкхед не так часто блистала в кино в главных ролях, но украшала экран своими комическими камео и имела огромный успех на Бродвее. После нее осталось много остроумных цитат, которые выпускают отдельными книгами, как и в случае с высказываниями Фаины Раневской. Самые известные из них: «Я испробовала разные способы секса. Обычная поза вызывает у меня клаустрофобию, а от остальных затекает шея», «Я приду к тебе в номер в пять вечера. Если я опоздаю, начинай без меня», «Кокаин не вызывает наркотической зависимости. Я знаю, о чем говорю: я нюхаю его много лет». Не удивительно, что с этой остроумной дамы вечно с сигаретой в руке и списали образ эксцентричной Круэллы Де Виль.

Профессор Рэтиган («Великий мышиный сыщик», 1986) — Винсент Прайс

1980-е – время кризиса студии «Дисней». Мало кто помнит анимационные фильмы этого периода: «Лис и пес», «Черный котел», «Оливер и компания». Только в 1989 году ситуация резко изменится с выходом «Русалочки». В дальнейшем студия выпустит целый ряд фильмов, без которых невозможно представить имидж «Дисней» – «Аладдин», «Король Лев», «Красавица и чудовище» и другие. Но в 1986 году появился «Великий мышиный сыщик» – интерпретация историй о Шерлоке Холмсе с мышами и крысами в викторианских костюмах. В широкий прокат фильм так и не вышел – создатели ограничились премьерой на телевидении. Несмотря на это, «Великий мышиный сыщик» – прекрасный образец диснеевского стиля. В фильме также присутствует выразительный персонаж, который прочно вошел в компанию лучших диснеевских злодеев. Это профессор Рэтиган – огромная крыса с манерами лондонского денди и имперскими амбициями.

Создатели профессора Рэтигана вдохновлялись образами персонажей, созданными на экране культовым актером Винсентом Прайсом. Его готические негодяи из таких известных фильмов ужасов, как «Маска красной смерти», «Ужасающий доктор Файбс», «Дом восковых фигур», несмотря на свои страшные преступления, всегда были неимоверно обаятельны. К 42 годам, Винсент Прайс, будучи известным драматическим актером, переломил карьеру, увлекшись фильмами ужасов. И до конца жизни он играл зловещих героев с шекспировским налетом. Со временем, Винсента Пайса уже сложно было воспринимать отдельно от своих харизматичных кинообразов. Да и в жизни он не прекращал создавать вокруг себя готическую атмосферу. Кстати, великий актер не только послужил прототипом профессора Рэтигана, но и озвучил его.

Урсула («Русалочка», 1989) — Дивайн

Как уже было сказано выше, «Русалочка» вывела «Дисней» из творческого кризиса, возродила спадающий интерес к анимации во всем мире и ознаменовала собой новую эру студии. В фильме сошлось все: высококачественная анимация, музыкальное сопровождение, прекрасный сценарий и тщательно продуманные персонажи. Если раньше главные героини у Диснея были просто красивы и добродетельны, но скучны и схематичны, по сравнению со злодеями, то в «Русалочке» появился новый тип положительного женского персонажа, далеко не всегда уступающий по яркости антагонисту. Русалка Ариэль, а затем и Бэлль из «Красавицы и Чудовища», Жасмин из «Аладдина», Эсмеральда из «Горбуна из Нотр-Дама» и другие предстают перед зрителем живыми и современными девушками, с правами которых тоже нужно считаться. Вместе со злодеями они теперь создают полноценные экранные дуэты. Так и Ариэль не уступает осьминогообразной морской ведьме Урсуле – одному из самых узнаваемых злых героев, созданных на студии «Дисней».

Аниматор Рубен Аквино, ответственный за создание Урсулы, вдохновлялся сценическим образом травести-актера Дивайн. Это беспрецедентный случай, когда диснеевские аниматоры брали за основу образов таких маргинальных персонажей, широко известных в узких кругах. Под псевдонимом «Дивайн» скрывался актер Харрис Глен Милстед, прославившийся как исполнитель почти всех главных женских ролей в фильмах первого провокатора американского кино Джона Уотерса. Эти фильмы своей аморальностью и черным юмором до сих пор могут шокировать публику так же, как и в 1970-е. В центре этого безобразия была Дивайн, которая ради искусства могла сделать все, что угодно, – так, в финальной сцене легендарного фильма «Розовые фламинго», обличающего одноэтажную китчевую Америку, актер съел настоящие экскременты собаки. Дивайн не стало в 1988 году, а образ эпатажной и развязной Урсулы можно назвать последним громким успехом неоднозначного актера.

Гастон («Красавица и чудовище», 1991) — Жан Маре


«Красавица и Чудовище» – первый анимационный фильм в истории, получивший «Оскар», как лучший фильм года. После «Русалочки» студия смогла прыгнуть выше головы и создать еще более успешный проект. Интересно, что в «Красавице и Чудовище» злодей и монстр меняются местами – темную сторону представляет обычный сельский плейбой Гастон, а не инфернальный зверь из заброшенного замка, как могло бы показаться на первый взгляд.

В 1946 году французский писатель, художник и режиссер Жан Кокто поставил свою версию сказки «Красавица и чудовище». Многими элементами этого эстетского фильма воспользовались и диснеевские художники: в частности, за основу образа Чудовища они взяли полульва-получеловека, как придумал Жан Кокто. В фильме и антагониста, и Чудовище исполнил Жан Маре. В дальнейшем он много играл в костюмированных авантюрных лентах плаща и шпаги. Его мужественный образ крепкого парня с выразительным подбородком находит отражение и в диснеевском Гастоне.

Джафар («Аладдин», 1992) — Конрад Фейдт



«Аладдин» – анимационный фильм, выпущенный на пике диснеевского ренессанса и вдохновленный ранними голливудскими переосмыслениями сказок «Тысячи и одной ночи», начиная с «Багдадского вора» и заканчивая «Золотым путешествием Синдбада». В «Аладдине» собраны все стереотипы восточных сказок: пески, восточные базары, роскошные дворцы, пещеры с сокровищами и ковры-самолеты. Все это приправлено постмодернистским юмором от болтливого Джинна и классической любовной линией принцессы и нищего. Образ отрицательного персонажа в «Аладдине» тоже не провисает: Джафар зловещий советник инфантильного султана промышляет черной магией и мечтает захватить трон.

Джафар заимствован из британского фэнтези 1940 года «Багдадский вор». В этом фильме антагонистом тоже выступал визирь-колдун по имени Джафар. Его сыграл немецкий актер Конрад Фейдт, известный ролями в нескольких ключевых для раннего немецкого кино фильмах. Широкую известность ему принесла работа в фильме Роберта Вине «Кабинет доктора Калигари» (1920), где он сыграл сомнамбулу Чезаре, убивающего людей по приказу безумного доктора. В дальнейшем Фейдт перебрался в Голливуд, где сыграл Гуинплена в знаменитой экранизации романа Виктора Гюго «Человек, который смеется». Немецкому актеру регулярно предлагали роли чудовищ, так как никто кроме него не мог так убедительно играть глазами ненависть, боль и злобу. В «Багдадском воре» он создал трагический и зловещий образ, ставший образцом изображения восточного злодея. Неудивительно, что в постмодернистском «Аладдине» именно образ Фейдта использовали при создании Джафара.


Относительно недавно студия «Дисней» решила сменить свое отношение к отрицательным персонажам. Последним классическим антагонистом был доктор Фасилье из «Принцессы и лягушки» 2009 года. Зло в новых диснеевских хитах, таких как «Храбрая сердцем» и «Холодное сердце», не выделяется особой харизмой, как раньше. Оно таится в самых обычных людях. В общем, как в жизни. Такими не увлечешься. Это, наверное, правильно – дети, которые вырастут уже на этих фильмах, не смогут подвергнуться обаянию зла. Хотя старые добрые диснеевские негодяи все равно дорогого стоят.

Комментарии

Читать на эту тему