На своем опыте: Как продавать искусство
  • 01.07.14
  • 41368

На своем опыте: Как продавать искусство

Вместе с проектом Oilyoilart мы выбрали одиннадцать молодых художников и узнали, как они продают свои работы, чем готовы пожертвовать и как живут.

Маша Янковская (Ленинград)

Художник, редактор в Esquire Russia

Маша Янковская

«Нужно быть художником по натуре. Это определенный тип людей. Если вы не художник, наверное, вам не стать им никогда. А если преследовать цель продавать картины, тем более не стать. Если вы все-таки художник, то чтобы стать известным, нужно поверить в свой талант. Свои первые работы я продавала, когда училась в художественной школе. После обхода продавала весь свой пленэр. Недавно со мной случилась такая занимательная история: рисовала я картинки без всякой задней мысли, потом их накопилась целая пачка, и вдруг бац – персональная выставка в After Six на «Винзаводе». Сегодня цена складывается из галерейных процентов, стоимости художественных материалов, багета и моего времени. Когда я покупаю пачку бумаги, говорю: „Купила пачку шедевров мирового искусства, осталось создать прибавочную стоимость“».

Антон Тотибадзе (Москва)

Высшая академическая школа графического дизайна

Антон Тотибадзе

«Как говорит мне мой крестный всю жизнь: «Дураком не будь!». Так что я пока пытаюсь на этой стадии не облажаться. Не очень помню историю первой продажи, помню, что примерно в тот же период, когда начал писать вообще, года три-четыре назад. Дня через три-четыре после того, как я отважился выложить свои учебно-тренировочные наброски в фэйсбук, люди начали просить их в подарок. Я дарил. Потом кто-то спросил, продаю ли я их. Я спросил у папы, продаю ли я. Ну и начал продавать потихоньку. Те, что я еще с учительницей рисовал, на акварельной бумажке. Помню, как продал первую картину. Было лето, я пошел на встречу с клиентом. Попал под адский дождь, промок до нитки. Слава богу, картинки были в рюкзаке, из искусства ничего не промокло. Было дико противно и унизительно прийти на встречу в хлюпающих мокасинах. Но все прошло удачно, купили три работы, в том числе и первую мою. Маленький подмалевок на бумажке под стеклом. Что я рисую? Наверное, это впечатления и ассоциации, которые возникают, когда смотришь на определенное сочетание предметов. Как ключ в домофоне. Поставил рюмку, бутерброд и сигаретку, и внутри тебя срабатывает механизм, вспоминаешь всякое, улыбаешься, мечтаешь выпить. Так что герои – это мы. Как-то ехал в институт на метро и в блокноте какие-то штуки рисовал, что-то на алкоголическую тему. Подсаживается ко мне девушка, долго подглядывает через плечо, улыбается, наверное, с похмелья едет! А потом попросила ей что-нибудь нарисовать и бумажку дает. Ну я и нарисовал ей какого-то уродского льва и подпись поставил. Она была дико довольна, правда, вышла на следующей остановке. На экономику я особо не ходил, поэтому цены на свои картины назначаю согласно гороскопу. Этот год удачный для тельцов. А весы дешевеют».

Катя Зверева (Ленинград)

МГАХИ им. Сурикова

Катя Зверева

«Чтобы продавать свои работы, надо много работать, много общаться с людьми и постоянно всем показывать то, что ты делаешь. Свои первые работы я продала банку: мне было семнадцать лет, и я сделала для них несколько копий своих работ. В этой сфере ничего не должно происходить быстро, всё должно быть обдуманно и четко реализовано. И это долгий путь от молодого художника к профессионалу. Как-то я застряла в лифте по пути в мастерскую, в голове была сложившаяся осмысленная картина, спустя шесть часов и недостатка воздуха, все координально изменилось – и я начала работать с оргстеклом. Правда, через какое-то время я вновь вернулась к живописи. В условиях современного рынка искусства трудно говорить о ценообразование. Цена складывается из стоимости материалов, формата работы и гонорара за мой труд. Обычно я не опускаюсь в цене ниже уровня последней продажи. Чем больше картин у художника покупают, тем дороже его работы становятся».

Мани Вертиго (Москва)

БВШД, Университет Харфордшила (Лондон)

Мани Вертиго

«Чтобы стать успешным художником, нужно верить, работать в правильном направлении и общаться с правильными людьми. Свои первую картину я продала своему поклоннику, а на заработанные деньги отправилась в путешествие. Искусство само по себе жертва. Только сумасшедшие и смелые люди рисуют. Что по сути, одно и тоже. Героем моих работ может стать любой: я нахожу всех людей и события интересными. Самая загадочная история, которая случилась со мной как с художником: я выставилась в Эквадоре. Двенадцать моих картин до сих пор там, в стране, где я никогда не была. При оценке картины важно понимать, что на ее создание ты потратил не час с кисточкой, а всю жизнь. Весь свой опыт, знания, эмоции художник вкладывает в свою картину, неважно обрывок ли это бумаги или каменная скульптура».

Саша Пастернак (Москва)

МГАХУ

Саша Пастернак

«Художник должен работать, работать, работать и развиваться. Не бояться показывать свои картины, знакомиться с людьми. Свою первую картину я продала сравнительно недавно, может, год назад. Раньше казалось, что негоже продавать свои работы. В общем, мне заказали за день нарисовать картину на средневековую тему, всё что угодно (по-моему, заказчице было непринципиально, что это будет). Ну я и нарисовала замок. Единственным обязательным условием было сделать её маслом на холсте. На момент передачи картины масло ещё не высохло и была вероятность того, что краска размажется и картина будет испорчена. Да и покупательница могла изрядно испачкаться. Пять лет назад, когда я ещё училась в МГАХУ, мы на неделю ездили на пленэр в Калязин. Студенты разбредались по городу, кто куда хотел, и рисовали всё, что душе угодно. В основном делились на маленькие группы. В моей группе было пять девочек. Всюду ходили вместе – так и местные жители нестрашны (а они были настроены не слишком дружелюбно) и не потеряешься. Но всё-таки однажды я осталась одна возле заброшенного здания, его разбирали рабочие. Гремели молотки, из окон летели кирпичи и топоры. Я стояла спиной к этому дому, стараясь не обращать внимание на шум и людей копошащихся в нём. Некоторое время у меня даже получалось оставаться незамеченной. Но как только меня увидели, было уже не до работы. Мне стало страшно. С десяток здоровенных мужчин, как коршуны, кружили вокруг меня, разглядывая и что-то яростно обсуждая на своём непонятном языке. Я готова была сбежать, бросив и этюдник, и краски, и свою незаконченную картину. Но минут через пять они стали расходиться и заползать обратно в дом. Я стала судорожно собираться. Вдруг из тёмного дверного проёма вышел самый крупный из мужиков и стал направляться ко мне, руки были у него за спиной, но он явно что-то в них держал. По мере его приближения ко мне он всё шире улыбался (явно от стеснения). Подойдя ко мне в плотную, он с жалостью взглянул на замызганные краской мои ладони и лицо, затем взмахнул руками и вручил мне строительные перчатки, чтобы я больше не пачкалась. Это было очень трогательно. Я стараюсь не задирать цены, я же всё-таки новичок. Во-первых, цена зависит от размера. Во-вторых, от материала. В-третьих, от времени, затраченного на ту или иную картину. Ну и, самое главное, на сколько она мне дорога».

Саша Ушакова

МГУ (факультет юриспруденции), Лондонский университет моды

Саша Ушакова

«Судя по моему опыту, для того, чтобы продавать картины не обязательно быть известным. Достаточно иметь свой стиль и создавать востребованный продукт. Как сделать так, чтобы картина была в тренде или нашла своего покупателя - на этот вопрос никто не ответит. Вероятно, это сочетание мастерства, удачи и вкуса. Тем не менее, я считаю, что залог успеха – рисовать, что нравится и кайфовать по жизни. Если ты кайфуешь, новый хозяин твоего произведения тоже не будет грустить, и так все будет идти по кругу, и, может быть, это будет такой вклад в мир во всем мире. Первую картину продала еще в детстве, в студии, в которой меня учили расписывать шелк. Она была круглая, выполненная в стиле батик. Подробности уже не вспомню, но на школьный завтрак мне тогда хватило. А вот вторую купили пару лет назад и сразу за понравившуюся мне цену. Эта сделка была первым шагом к превращению зануды-юриста в художника. Изначально я совершенно не понимала, сколько хочу получить за картину, потому что я сама по себе не «бизнесовый» человек. Но как только мои знакомые из мира искусства узнали, что я теперь позиционирую себя как художник – мне сразу дали ЦУ, нашли людей, понимающих что-то в оценке искусства, посоветовались с галеристами и спросили, за сколько у меня уже покупали (а покупали у меня за столько, за сколько люди сами предлагали). С того момента ничего глобально не изменилось, но я стала более уверена в своем искусстве и цене, за которую оно покупается».

Лена Фукс, работает под псевдонимом LenTov

Британская высшая школа дизайна, IED Barcelona

Лена Фукс

«А, вообще, что такое известность? Я считаю, что Ван Гог, Эгон Шиле, Моне, Тициан известные, потому что их знают все, а не в каком-то определенном кругу или только какое-то поколение. Быть известным художником в тусовке – это то, что для меня, например, ничего не значит. Мои друзья знают, что я художник, моя семья это знает, но это не говорит об известности. У меня на данный момент было шестнадцать выставок, думаю, я в какой-то степени известна, только не в этом успех, а в том, чтобы может и никто не знал, но, как увидел, влюбился бы в произведения. Свои картины я стала продавать практически сразу, как поняла, что буду художником, было это в шестнадцать лет на ярмарке Student Art Fair, куда попала, подав заявку в интернете, год спустя в их же конкурсе я выиграла поездку в Майами. Потом продавала картины на выставках, на которых участвовала. Помню, как радовалась, когда в Кельне купили одну работу. Теперь продаю некоторые свои картины на OilyOil и копии на Art Brut. Иногда бывает у меня лично покупают или заказывают картины. Первую картину я продала как раз на ярмарке SAF. Ее купил преподаватель по истории искусств из Франции. Она была размером А5, с акварельной девочкой с одним глазом. Я вообще не знала, сколько что должно стоить, знала, что хочу есть, а сэндвич стоил 200 рублей, ну, я за 200 и продала. Спустя год, когда я участвовала в выставке Blooom в Кельне, оценщик дал за похожую работу из той же серии 600 евро. Я тогда поняла, что видимо очень хотела есть.

Оля Леонтьева

Британская высшая школа дизайна

Ольга Леонтьева

«Я пока в начале пути, очевидны для меня сейчас две вещи. Первая, нужно много работать, не лениться и не загонять самого себя в депрессию и творческий паралич. Вторая необходимая составляющая успеха – это общение с людьми. Я интроверт и с этим мне справляться не всегда легко, но, в любом случае, в жизни без этого никуда, и я учусь. Начать продавать картины не так сложно, сейчас есть немало фестивалей, маркетов или онлайн галерей. Сложнее, сделать продажи стабильными, чтобы можно было рассчитывать на это, как на ежемесячный источник дохода. Первая картина, которую мне удалось продать, была написана на заказ. Заказчик хотел работу на холсте, а я тогда экономила на материалах и никогда на настоящем холсте не писала. И вот я подумала: «Натянутый холст на подрамнике – это для буржуев, сделаю все сама». Купила отрез холста, подрамник, проклейку, грунт, степлер (вышло все вместе, конечно, дороже, чем подготовленный холст). Ну и началось: с трудом, как смогла, натянула холст, потом проклейка, сушка, грунтовка... В итоге получилось довольно криво, подрамник перекосило, и картина стала в форме параллелограмма. Но картину приняли, были там изображены какие-то космические цветы, даже вполне симпатичные. Заработала тогда пять тысяч рублей.

Самое значимое всегда происходит внутри, и об этом сложно рассказать. Сейчас со мной происходит много маленьких историй. И я даже пока не знаю, какие из них важные. Дождь, страх, лето, друзья, вишневые пироги, война. Это все, на самом деле, и есть самое важное, внутри меня вырастает то, что я потом пытаюсь нарисовать.

Я сейчас на фрилансе, и в этом режиме, действительно, получается регулярно рисовать, но с работой то пусто, то густо. Не всегда получается заработать достаточно и иногда хочется уже устроиться в офис для большей финансовой стабильности. Цена складывается из нескольких факторов: материалы, формат, потраченное время. У меня никогда не получалось посчитать точно, поэтому я сейчас, скорее, исхожу из финальной цены, за которую я смогу эту работу продать. Глупо ставить слишком высокую цену и чего-то ждать. Я работаю достаточно быстро и сейчас цены на мои работы – от 5000 до 40000 рублей. Если утвердятся стабильные продажи, буду понемножку повышать. Иногда распродаю небольшие работы еще дешевле. Это лучше, чем все хранить, распихивая по полкам, и я рада, что почти любой человек может себе позволить купить у меня картинку».

Максим Санталов

Максим Санталов

«Как стать успешным художником? Во-первых, встать перед зеркалом и честно ответить на вопрос, зачем тебе всё это нужно. Во-вторых, стыдиться лени. В-третьих, чуднее жить. В-четвёртых, умереть. В-пятых, воскреснуть лет через 70 и проверить, таким уж художником ты был и стоило ли всю жизнь играть в эту лотерею. Насчёт продаж работ отвечу просто: смотрите футбол, там есть всё, что нужно для коммерческого успеха. Ради искусства мог бы пожертвовать проживанием в мегаполисе. Хотя что считать искусством? Скорее всего, оно начинается сразу после смерти художника. Думаю над этим. В моих работах все те, кто меня вдохновлял на их написание. А это может быть, кто угодно и что угодно: фраза из записной книжки Филонова, изображение коровы со страниц советского фотожурнала 1973 года, руки продавщицы из рыбного отдела. Шесть лет назад, сидя в офисе, с большим азартом принялся разрисовывать канцелярские листочки, даже не догадываясь, к чему приведут эти почеркушки. Ценообразование складывается из моей уникальной техники (работаю шилом, дротиками, отвёрткой и прочими инструментами на бумаге), сроков написания, чувства собственного удовлетворения, договорённостей с голландской галереей «No Man's Art», с которой сотрудничаю последние полтора года».

Григорий Тририан (Якутск)

Британская высшая школа дизайна

Григорий Тририан

«Сложно ответить на такой вопрос, когда ты сам не очень-то известен. И зависит от сферы. Например, есть интерьерное и современное искусство. В первом случае, нужно просто разнести свои работы и каталоги по салонам и разослать хорошим интерьерщикам. В случае современного искусства, то я думаю, нужно либо «трамплинить» с выпускной выставки вуза, а затем участвовать в конкурсах, либо просто быть в арт-тусовке и делать что-то качественное. Еще можно быть ушлым конъюктурщиком. Вообще, думаю, способов много, и найти свой тоже искусство. Свою первую картину я продал другу за 2000 рублей. Сидел рисовал, он зашел в гости, ему понравилось – купил. Не думаю, что ради искусства нужно жертвовать. Когда я трачу много сил, времени, когда на время перестаю общаться с друзьями, потому что рисую, я не чувствую, что чем-то жертвую. Ничего не убавляется. Только, наоборот. Когда думаю о цене, я исхожу из формата картины и времени, потраченного на её изготовление. Ну и, конечно, из того, что мне очень нравится то, что я рисую».

Артём Петров (Крым)

Львовская академия печати, HIT (Тель-Авив)

Артём Петров

«Самое главное, стать художником, который честен с самим собой. Пока я озабочен именно этим вопросом. Мир кишит чудесным дилетантизмом. И я, безусловно, его часть, всячески ищу пути отступления, в сторону чего-то существенного, более качественного, и, как следствие, искреннего. Вопреки расхожему мнению, продажа картин – важный фактор оценки и серьезный переход от любителя к профессионалу. Неважно, что и кому вы продали, важна мотивация приобретения картины, это как вселенское оправдание вашей деятельности. Мою первую картину купил дизайнер Александр Арутюнов на одной из выставок в этом году. Это была очень личная картина, которая была куплена, по-моему, по очень личным причинам. Это было очень быстро, я не сразу понял, что происходит, когда уже в руках была весомая сумма денег, а картина скрылась в темноте салона авто. Искусство не требует жертв. Искусство требует всего тебя, и это не жертва. Искусство не терпит конъюнктуры, компромиссов, бахвальства, посредственности. Главные герои моих картин – это Б-г, человеческие добродетели, человеческие девиации и их статус в отношениях «все сложно». Моя картина (как раз та, что на фото) украшает обложку одной книги, изданной в Париже. Когда мне было пятнадцать лет, я устраивал несанкционированные выставки в Бостоне и Нью-Йорке во время моей волонтерской работы. Дерзкие хулиганские выходки заключались в демонстрации моих ранних работ в актовых залах американских домов престарелых. Где, рассказывая о картине с песочными часами, об упущенном времени, доводил до слез престарелых американок. Ценообразование моих работ складывается из щепотки честности, капли улыбки, пригоршни страсти и дольки тщеславия. Ну, а если серьезно, есть человеко-часы, а есть душе-часы. Сколько энергии и эмоций вложено, столько должно вернутся в равном эквиваленте. В деньгах, эмоциях или другой валюте».

Фото: Алена Чендлер

Благодарим за помощь фотостудию Photoplay

Комментарии

Читать на эту тему