Интервью: Людмила Норсоян
  • 21.04.17
  • 6280

Интервью: Людмила Норсоян

Российская марка Norsoyan одной из первых в России начала внедрять инновационный подход в производство. Мы поговорили с основательницей марки Людмилой Норсоян о том, как устроена трикотажная индустрия в мире и с какими сложностями столкнется новичок.


Людмила Норсоян, основатель марки Norsoyan, автор проекта Fashion Factory:

«Трикотажная индустрия – это единственная на сегодняшний день отрасль, в которой можно не только использовать инновационные материалы, но и создавать одежду без швов. Это порождает спрос на высококвалифицированных специалистов – нужны программисты, разработчики, инноваторы, которые разбираются в важных для производства дессинаторских программах, а также в технологиях, ремеслах, оборудовании и прочем. Таких специалистов выращивают очень медленно, поэтому трикотажная индустрия остановилась и топчется на месте. Особенно, к сожалению, у нас в России.

Дело в том, что трикотажное оборудование стоит по несколько сотен тысяч евро. Наши промышленники к своему выстраданному, купленному в кредит оборудованию молодых и неопытных стараются не подпускать. А старые и опытные уже не ладят с таким оборудованием. Получается разрыв сознания – от молодого специалиста ожидают интеллектуального роста и умения программировать, а у него нет возможности развиваться, потому что нет оборудования под рукой.

«»

Трикотажная индустрия создана таким образом: производишь ты дешевый трикотаж или дорогой – это в любом случае затратно, потому что в дорогом трикотаже вкладываешь в сырье, а в дешевом – в объем производства.


Как и большинство трикотажников мира я работаю по схеме аутсорсинга. О собственном производстве я только мечтаю, но все трикотажные коллекции, которые я запускаю, я запускаю в мире. Поэтому я сотрудничаю с высококлассными производствами в Японии, Китае, Италии, Австрии, Шотландии, на которых можно разговаривать с программистами и производственниками на одном языке. В нашей стране я тоже размещаю некоторую часть производства трикотажа. Например, в Черноголовке есть первоклассное производство.

В трикотажной индустрии существует ярко выраженная специализация. Например, высококлассный кашемир производят либо в Японии, либо в Италии. Массовый кашемировый трикотаж на уровне Uniqlo лучше производить во Внутренней Монголии. В Китае лучше всего производить аксессуары. В Латвии лучшее в мире производство бесшовного трикотажа. Коллекции я делю по направлениям и смотрю, в какой стране целесообразнее произвести что-то.

«»

Молодые марки делают проще – они прилетают на производство трикотажа и уже из готового ассортимента подбирают себе какие-то дополнительные элементы в коллекцию.


Трикотажная индустрия создана таким образом: производишь ты дешевый трикотаж или дорогой – это в любом случае затратно, потому что в дорогом трикотаже вкладываешься в сырье, а в дешевом – в объем производства. Иначе это нецелесообразно.

Молодые марки делают проще – они прилетают на производство трикотажа и уже из готового ассортимента подбирают себе какие-то дополнительные элементы в коллекцию. Если же речь идет о таких брендах, как мой, например, то нужно подходить трезво и понимать, что на год замораживаются финансы для закупки сырья, производства продукции и сезонного ритейла.

Трикотаж имеет ярко выраженную сезонность, даже в нашей стране, когда холодно круглый год. Идеальное время для его продажи – это сентябрь, октябрь и ноябрь. В декабре прекрасно продаются подарочные варианты – аксессуары и пледы, например. В январе и феврале уже идут скидки. А в весенне-летних коллекциях трикотаж должен быть недорогим, потому что летом покупатель не тратится на него. Выставляя коллекцию, надо понимать, продашь ли ты этот ассортимент и эти модели в этом качестве и в этом количестве за короткий сезон.

«»

В Китае меня называют «мадам Impossible», потому что на любой их «impossible» я отвечаю: «Possible».


Работа инновационной марки должна держаться на трех китах: профессионализм, оптимизация, экономика. Профессионализм – это главное. Надо знать ремесло, потому что трикотажник должен уметь объяснить фабриканту и мастерам буквально на пальцах, что и как должно быть сделано. Например, в Китае меня называют «мадам Impossible», потому что на любой их «impossible» я отвечаю: «Possible». И начинаю показывать. Когда ты знаешь свойства материала, ты можешь внятно донести свою идею – ее поймут и воспроизведут аккуратно.

Второе – оптимизация. Нужно быть открытыми, нужно делиться своими идеями и с вами будут делиться новинками, которые дают конкурентное преимущество. Что касается организации, надо ездить по всему миру, не лениться, не сидеть на диване. И еще – не жадничать. Я имею в виду, что свободных денег, конечно же, никогда не бывает, но тем не менее всегда можно бюджетно полететь на трикотажную выставку в Италию, познакомиться с фабрикантом и тут же (15 минут на электричке) приехать в Прато, к нему на фабрику. На три дня – буквально ночевать на креслах, но проработать и понять на своей шкуре всю технологическую и организационную цепочку жизни фабрики. Так нарабатываются знания, так нарабатываются связи и так нарабатываются возможности.

Третий кит – экономика. Трикотаж – это большие объемы производства и немалые суммы, а у молодой марки обычно нет таких возможностей. Но когда фабрикант видит внятного профессионала с оригинальной идеей и хорошей перспективой, то он идет на встречу и сотрудничает на каких-то выгодных условиях: либо это будет товарный кредит, либо – обмен технологиями и идеями. Возможностей масса, но в любом случае молодая марка может найти наименее болезненный способ произвести трикотаж, продать его и запустить следующий сезон.

В моей индустрии сейчас уникальная ситуация, которая характерна сейчас для науки, искусства, культуры и индустрии моды: молодое поколение стало компетентнее старшего. Книги по индустрии моды, которые сейчас есть, имеют только архивный и исторический интерес, потому что написаны страшим поколением. Моя любимая книга никак не связана с индустрией – это скорее для вдохновения. Это «Книга о пиратах и флибустьерах» издательства Taschen‎. Я уже несколько недель ее разглядываю и думаю, как создать коллекцию о женщинах-пиратах.

Сейчас книги, как и музейные пространства современного искусства – это, скорее, для вдохновения. Знания, которые в них заключены, –это знания вчерашнего дня. Нам только предстоит написать лучшие книги в индустрии моды».

Комментарии

Читать на эту тему