Как уcтроена трикотажная индустрия в России
  • 10.10.16
  • 8708

Как уcтроена трикотажная индустрия в России

Принято считать, что в России слабо развита трикотажная отрасль: нет хороших производств, а те, что есть, работают на устаревшем оборудовании. Однако, все не так просто. На самом деле, в стране несколько десятков крупных и успешных трикотажных производств, которые работают на том же оборудовании, что и фабрики в Италии, Японии, Шотландии, Турции или Китае. Сегодня и на крупных фабриках, и на небольших производствах во всем мире для вязания трикотажа используют, преимущественно, японское оборудование Shima и немецкое Stoll. Вся разница между крупной фабрикой и небольшим производством в России лишь в сырье, технологиях и наличии специалистов необходимого уровня.

Специфика трикотажного производства – в ограниченном количестве «попыток» создать готовый продукт. Для того, чтобы изготовить один образец, фактически, необходимо остановить работу целой фабрики. Получается, что эта отрасль закрыта для людей, которые не являются специалистами.

«Трикотажная индустрия во всем мире – это индустрия большой экономики, – отмечает Людмила Норсоян. – Огромные капиталовложения в специальные здания, мощное оборудование, стратегические запасы сырья и высокая стоимость обслуживания производственных процессов, таких, как электроэнергия, вода, воздухоочистительные системы, техническое обслуживание и большой коллектив, приводят к жесткой необходимости соблюдать определенные производственные графики и выдерживать определенные, экономически целесообразные и для производства, и для заказчика, объемы производства».


Norsoyan

Понятно, что начинающий дизайнер не может создавать базовые вещи: конкуренцию с масс-маркетом здесь не выиграть. Молодые марки, которые приходят в этот сегмент, не могут позволить себе работать с большими тиражами. Фабрики, которые могли бы выпускать коллекции этих дизайнеров, ориентированы на поточное производство. Тираж для масс-маркета подразумевает от 300 единиц на модель, при этом каждая модель должна быть представлена, как минимум, в трех размерах и пяти цветах. Ассортимент и опыт у российских фабрик специфический: в основном, это производство шапок, шарфов, пледов или спецодежды. Поэтому дизайнеры трикотажа чаще размещают заказы на небольших фабриках и работают в люксовом сегменте, чтобы оправдать затраты на производство и сырье.


Ксения Серая
Дизайнер марки Kseniya Seraya
Мы работаем под заказ. В среднем – от 5 до 50 единиц на модель. При этом, мы можем учитывать пожелания клиентов и закупщиков по вариациям длин изделий и небольших деталей. Подход индивидуальный, как принято в премиальном сегменте, и ценовой диапазон соответствующий – премиум и премиум плюс. У нас нет такого «вот этих свитеров вяжем по 100, а вот этих по 50, а потом раскидываем по магазинам». Самые популярные – характерные вещи, те, которые пользовались наибольшим вниманием прессы и стилистов и транслируют идею коллекции и марки в целом. За базовым гардеробом к нам не ходят – ходят, преимущественно, за имиджевой историей

Kseniya Seraya

Анастасия Яковлева
Основатель марки Sheep on the Ship
Конечно, мы мечтаем о собственном производстве, но пока не можем позволить себе дорогостоящие вязальные машины. Нам очень повезло найти фабрику, где мы сейчас вяжем наши свитера. Производство пришлось искать долго: учитывая особенности свитеров (деление на два цвета) и малый тираж, никто не соглашался с нами работать. Мы вяжем штучный экземпляр на промышленных машинах, это дорого и невыгодно для фабрик. Пока все свитеры, которые выпускает наша марка, вяжутся на заказ

В зависимости от сегмента, в котором работает дизайнер, выбирается способ обработки трикотажа: регулярный, полурегулярный или кроеный. Для премиального сегмента используется регулярный, когда можно вывязать изделие целиком или каждую деталь отдельно, а затем соединить на швейной машине или кеттельным швом. Из-за низкой производительности и технической сложности процесса стоимость вещи при таком способе возрастает. Трикотаж более доступного ценового сегмента изготавливают полурегулярным способом, соединяя вывязанные детали с помощью оверлока, либо кроеным способом, вырезая детали из готового полотна.


Юлия Серегина
Дизайнер марки Julia Seregina Smart Knits
Сложность работы дизайнера по трикотажу – в технологичности процесса, необходимости задействовать фабричное оборудование и привлекать широкий круг технологов, что, соответственно, приводит к высоким затратам на разработку образцов. Не получится просто взять и сделать качественную вещь дома или в ближайшем ателье. В случае с Julia Seregina Smart Knits я сочетаю трикотажное и швейное производство

Екатерина Комбарова
Основательница марки «7КА»
В работе с трикотажем есть определенные тонкости и нюансы. Например, при раскрое любой модели мы не можем пользоваться обычной схемой – взять полотно, вырезать детали нужного размера и сшить их. Трикотажное полотно имеет свойство распускаться, поэтому даже при использовании оверлока для обработки среза есть вероятность появления спусков петель. Мы вывязываем все детали отдельно, а потом уже их соединяем. На расчеты и построение уходит довольно много времени, ведь лекала вырабатываются методом проб и ошибок. Принты тоже разрабатываются долго, так как все картинки выстраиваются в специальных программах вручную. Чтобы создать гармоничное изображение, цвет подбирается от пикселя к пикселю


Кто и как создает трикотаж

«Одна из главных проблем индустрии – это нехватка специалистов, в том числе дессинаторов, технологов, конструкторов и швей и собственно дизайнеров, – говорит Людмила Норсоян. – Дизайнеров по трикотажу воспитывают хорошо лишь в двух местах из тех, где я имела честь вести занятия – в Donghua University в Шанхае и Bunka Fashion College в Токио. В России дизайнер по трикотажу – это редчайшая самовоспитанная экзотическая птица, без реальных возможностей производства трикотажа, чем и объясняется катастрофическое отсутствие дизайнеров этого направления в стране, трикотажной по определению».

Эту ситуацию специалисты отрасли связывают с недостатком образования. То, чему учат на кафедрах технологии трикотажного производства, далеко от современных реалий – меняется оборудование, технологии, способы конструирования, а программы остаются прежними. Выпускники «старых школ» зачастую не имеют представления о технических особенностях дизайна трикотажа и не могут рассчитать себестоимость изделия. В таких случаях производствам приходится переучивать молодых специалистов «под себя». Но несмотря на нехватку кадров в этой сфере, рынок вакансий для специалистов остается закрытым и из-за узкой специализации производств, и во многом – из-за потребности в профессиональных, квалифицированных кадрах.


Екатерина Комбарова
Основательница марки «7КА»
Чтобы сделать бренд конкурентоспособным, я постаралась собрать сильную команду. Команда «7КА» довольно большая: дизайнер, технологи, дессинатор, программирующий вязальную машину, швеи и менеджеры, работающие с клиентами – и это далеко не весь список

«7KA»

Юлия Серегина
Дизайнер марки Julia Seregina Smart Knits
Каждые полгода мы разрабатываем новую сезонную коллекцию. Постоянных сотрудников у меня не более трех человек, но есть прекрасное отлаженное производство, и много преданных профессиональных соратников, которые участвуют на разных этапах работы над коллекцией, и без которых процесс работы над маркой невозможен

И если у технических специалистов есть возможность обучиться на производстве, то работа дизайнера по трикотажу предполагает широкий спектр навыков, помимо собственно разработки дизайна коллекций. Об этих навыках подробно рассказала Людмила Норсоян, основатель Fashion Factory School и марки инновационного трикотажа Norsoyan. Более 20 лет Людмила занимается разработкой и запуском в промышленное производство трикотажных коллекций для российских и международных торговых марок, а также преподает в МГУ им. М.В. Ломоносова, БВШД, в Donghua University в Шанхае и Bunka Fashion College в Токио.

«Профессиональные дизайнеры трикотажа во всем мире – это особая малочисленная каста людей, обладающих комплексом компетенций, из которых «придумать модель» является просто факультативным. Нужно знать:

— Пряжи, их свойства, их поведение в трикотаже, переплетения, жаккарды, интарсии и прочие новинки технологий: материаловедение в трикотаже специфическое;
— Технологии ручного и промышленного вязания, свойства и возможности оборудования, чтобы взаимодействовать с техниками и вязальщиками;
— Конструкции и проектирование трикотажа, принципы размножения лекал, создание конструкций, пригодных для потока;
— Как создается дессинаторская программа, чтобы на одном языке говорить с технологом и программистом;
— Экономику трикотажного производства. Только в трикотаже дизайн начинается с вопроса «сколько будет стоить вещь в рознице». От этой константы отсчитывается в обратной последовательности стоимость сырья и стоимость времени вязания, что кардинально влияет, например, на технологии вязания;
— И, наконец, собственно дизайн – дизайнер должен уметь экономически обосновать придуманную модель, выбрать подходящую пряжу, переплетение и технологию вязания, своевременно составить техзадание для огромной команды создателей трикотажа, а затем со второй попытки получить годный образец, имея в виду, что разработка образца выводит из производственного процесса мощности машины стоимостью в сотни тысяч евро. Совокупность этих качеств воспитывается грамотным образованием, годами монотонного труда, специфическими свойствами характера и готовностью жить на производстве, а таких людей мало во всем мире, не только в России».


Юлия Серегина
Дизайнер марки Julia Seregina Smart Knits
У меня два образования: сначала я получила диплом факультета Международных экономических отношений МГИМО, и около 8 лет работала по специальности в маркетинговых отделах международных компаний. Желание связать свою профессию с творчеством было всегда, но в 90-е профессия дизайнера не воспринималась как нечто серьезное. Когда я все же сделала решительный шаг в сторону осуществления мечты, то уже хотя бы знала, как организовать свой бизнес. Оставив работу менеджера по маркетингу, я получила образование дизайнера. В течение нескольких лет я брала уроки у преподавателей из Британки, РГГУ, Высшей Школы Экономики, много путешествовала по культурным и модным столицам, отслеживала и посещала показы, выставки, мастер-классы. Перед тем, как запустить бренд, я сделала бизнес-план, попыталась максимально все предусмотреть, не упускала возможности знакомиться и советоваться с экспертами индустрии. На самом деле, я учусь постоянно. Сейчас, например, приехала запускать свою линию в США, и параллельно прохожу курс в Нью-Йоркском Parsons

Сырье и дизайн

Согласно статистическим данным, производство тканей и пряжи для вязания в России в 2016 году выросло. Главная проблема заключается в том, что этот прирост произошел за счет производства синтетического сырья. Пряжа, которую производят отечественные фабрики, работающие с натуральной шерстяной нитью, тоже не всегда соответствует запросам потребителя. Российская шерсть, например, колючая и неприятная к телу, поэтому все больше дизайнеров закупает сырье в Италии, Германии или Китае.

«С сырьем и опытом работы с пряжами у крупных производств ситуация такая: у нас в стране существует культура промышленного вязания из низкосортной шерсти, полушерсти и акрила, – рассказывает Людмила Норсоян. – Поэтому за кашемир они, может быть, и возьмутся, но должного качества обеспечить не смогут».

Самый верный способ найти подходящие материалы – посетить выставку Pitti Filati, которая проходит во Флоренции ежегодно и собирает всех крупных и известных производителей и поставщиков пряжи. Как и в случае с тканями, шерстопрядильные фабрики предлагают и регулярный, и стоковый ассортимент. Фаворитом среди производителей премиального трикотажа на протяжении долгого времени остается пряжа итальянской фабрики Lineapiu. Эту пряжу используют в своих коллекциях такие модные дома, как Chanel, Dior, Vivienne Westwood, Sonia Rykiel, в России – Norsoyan, Alena Akhmadullina,Arsenicum.


Екатерина Комбарова
Основательница марки «7КА»
Для производства изделий мы используем европейские материалы: кашемир, австралийскую мериносовую шерсть, шерсть альпаки, мягкий хлопок. Синтетические волокна используются минимально и только тогда, когда это необходимо для сохранения формы изделия. Страусиные перья для украшения моделей заказываем в Бразилии

Юлия Серегина
Дизайнер марки Julia Seregina Smart Knits
В России я работала с итальянскими материалами. В Нью-Йорке мы ведем переговоры с новыми интересными направлениями, такими как Перу. В планах – не только трикотаж, но и ручное производство тканей коллекций моей марки. Меня интересуют эксперименты с сочетаниями стилей и текстур: например, я придумала нашивать оренбургское кружево на плотный хлопковый трикотаж: получились современные вещи, которые держат форму, приятны к телу, тонкие, но при этом сохраняют тепло. А еще у меня есть запатентованный способ скульптурного вязания smart knits – это конечно больше оригинальные подиумные вещи

Julia Seregina Smart Knits

Разработкой коллекций дизайнеры трикотажных марок занимаются по сути в сотрудничестве с фабриками и исходя из технических возможностей и специализации каждого производства. Несмотря на обилие производств в стране, существует тенденция к сотрудничеству с итальянскими фабриками: многие из этих фабрик готовы обеспечить полный производственный цикл, от подбора материала и вариантов дизайна до выпуска готовой коллекции.

«В России с дизайном все сложно. Российские фабрики «заточены» под поточное производство «никакого» базового трикотажа: жилетки для школьной формы, пледы для новогодних подарков и шапки, десятки миллионов шапок для рынка, где розница не превышает 900 рублей. В такой ситуации идти на производство с модными эскизами смысла нет, – рассказывает Людмила Норсоян. – Во всем мире дизайн на трикотаж размещается преимущественно «от образца». Дизайнер смотрит ассортимент производства в шоу-руме, приносит любимую кофточку, купленную, как правило, в Brunello Cucinelli или Loro Piana на распродаже, и требует «рукава от этого, спинку от того, воротник от третьего» – это нормальная мировая практика. Российские дизайнеры, пытаясь наладить работу с фабриками за рубежом, очень часто добавляют к модели дорогостоящие элементы и мгновенно обижаются, узнав, что это либо невозможно, либо стоит дополнительных финансов. Кстати, во всем мире на трикотажные производства русских дизайнеров стараются не пускать. «Вы приходите, шикарно все рассказываете, заказываете кашемир, пробы, узнаете цены, условия, просите поменять кашемир на полушерсть, вспоминаете, что у вас нет средств на аванс, и вообще вам быстрее и проще купить на сток-сервисе «никакие» свитера и пришить к ним свои бирки» – вот наша репутация».


Анастасия Яковлева
Основатель марки Sheep on the Ship
На создание трикотажного изделия, которое будет отлично сидеть, выглядеть и хорошо вести себя в процессе носки, требуется много времени: от разработки модели свитера и выбора цветов до создания тестовых образцов. Трикотаж имеет свойства растягиваться и садиться, особенно это применимо к шерсти. Наш свитер состоит из 5 частей, которые после выхода из машины, стираются в специальных размягчителях, сушатся, гладятся. Промежуток между этими действиями должен составлять около 10-24 часов, чтобы купоны дали максимально возможную усадку. Наша модель свитера усложняет процесс тем, что перед и спинка вяжутся из разных видов шерсти. Разный цвет уже означает разную шерсть, даже если она одной и той же фабрики. А разные виды шерсти ведут себя совершенно по-разному

Продвижение и продажи трикотажного бренда

Затраты на создание коллекции трикотажа довольно велики: в силу специфики и дороговизны сырья и производства трикотажных коллекций речь о работе с реализацией не идет. Большинство дизайнеров, работающих в люксовом сегменте, выпускают коллекции под выкуп или по предзаказу, либо продают их в собственных шоу-румах. В таком случае большую роль играет участие в специализированных мероприятиях, лучше – международных.

Небольшие марки, создающие коллекции в среднем ценовом диапазоне, также не стремятся продавать свои вещи через магазины и, как правило, организуют и продвижение, и продажи через социальные сети.


Sheep on the Ship

Юлия Серегина
Дизайнер марки Julia Seregina Smart Knits
Мой бренд стартовал с очень маленьким бюджетом, но мне повезло принять участие в таких мероприятиях, которые действительно помогли в становлении и продвижении марки. Со своей первой коллекцией в 2012 году я отправилась на Неделю моды в Копенгаген. За Копенгагеном последовала неделя моды в Берлине, где мою марку удостоили в номинации «лучшая коллекция женской одежды» в конкурсе Premium Young Designers Awards. Затем я набрала максимальный балл в конкурсе Young Creative Entrepreneurs от Британского совета, и отправилась на неделю моды в Лондон. Потом был Festival Della Moda Russa в Милане, шортлисты конкурсов Ethical Fashion Forum и Cycles& Seasons by Mastercard, презентация коллекции в Galeries Lafayette Berlin. Также, я попала в Designers Pool главной московской модной выставки Collection Premiere Moscow. Этот опыт во многом определил дальнейшее понимание перспектив развития моего проекта. Что касается продаж, в настоящий момент продукцию из розничных магазинов отозвали из-за больших долгов со стороны ритейлеров и сузили круг клиентов до нескольких интернет-площадок. Сейчас приоритет сместился в сторону развития собственных каналов продаж, а также развития бренда в США

Ксения Серая
Дизайнер марки Kseniya Seraya
Поворотным моментом в продвижении и росте продаж марки было участие в Mercedes-Benz Fashion Week Russia в прошлом сезоне . После показа в рамках Недели, у нас был значительный отклик в международной прессе, и, как следствие, появились иностранные партнеры. Например, мы получили хороший заказ от Moda Operandi


Екатерина Комбарова
Основательница марки «7КА»
Основной акцент – на продвижение бренда в Instagram. Сейчас это самая активная площадка для распространения информации и налаживания коммуникации с клиентами. Для выстраивания необходимого имиджа бренда мы пользуемся классическими методами PR – это публикации в прессе, участие в модных съёмках и актуальных мероприятиях. Полный ассортимент бренда представлен в собственном шоу-руме

Комментарии

Читать на эту тему