Февральские книги. Выбор Лангенбурга
  • 11.02.12
  • 722

Февральские книги. Выбор Лангенбурга

Роман Уэльбека про современное искусство; обстоятельное исследование гламура; Жижек о Линче; терзания московского рекламщика; очередной бестселлер Нассима Николаса Талеба

Лучшие книги 2012. Выбор Лангенбурга

Мишель Уэльбек. "Карта и территория". [Издательство Астрель (Corpus)]

Пятый роман выдающегося мизантропа. Гонкуровская премия-2010

Автор: "Колумб секса", исполненный яда и горечи плакальщик по гибнущей европейской цивилизации, циник и романтик в одном тщедушной телесной оболочке; автор "Расширения пространства борьбы", "Элементарных частиц", "Платформы" и "Возможности острова". Излюбленные его темы и мотивы: жестокий рынок физической привлекательности, "новые варвары", секс-туризм, распад института семьи, садомазо-клубы, пагубность деторождения, клонирование, миллинаристские секты, хиппи и прочие из "поколения 1968-го" в качестве источника зла, старение, одиночество, страх смерти.

О чем: Художник Джед Мартен, депрессивный тип, к которому наконец приходит слава, благодаря глумливым коллажам-портретам представителей различных значимых профессий, в числе которых, например, священные чудовища дорогостоящей арт-сцены Джефф Кунс и Дэмиен Херст. У героя "Карты и территории", как водится, не складывается с женщинами: ни с прекрасной уроженкой Мадагаскара Женевьев, ни с загадочной русской кураторшей Ольгой. Кроме того, в романе действует персонаж по имени Мишель Уэльбек – похотливый алкоголик.

Для чего: Злая сатира на современное искусство – Большой Стиль позднего капитализма. При этом в мире отчуждения и рыночных догматов именно искусство (подобно недостижимой любви) оказывается приемлемым смыслом существования. В остальном типичная уэльбековская смесь безжалостной фиксации современности, обаятельного сарказма и бесконечной печали.

Стивен Гандл. "Гламур". [Издательство "Новое литературное обозрение"]

Увлекательное исследование того, как буржуазия придумывала себе стиль: от лорда Байрона до Пэрис Хилтон

Автор: Профессор-культуролог, в чей круг интересов  включает входят эволюция моды, взаимоотношения масс-медиа, политики и повседневной культуры, стили отдельных эпох XIX-XX веков (например, муссолиниевской Италии).

О чем: Это уже вторая книга Гандла о гламуре как сложном феномене "достижимой роскоши" (первый труд, 2006 года, так и назывался, в духе Барта: "Система гламура"). Популярный ретроспективный анализ того, как буржуа и "разночинцы", начиная с Наполеона и французских куртизанок и заканчивая нынешними топ-моделями и редакторами глянца, переигрывали элитарные правила аристократии и постоянно заново придумывали универсальную мета-эстетику, парадоксально сочетающую высокомерие с демократичностью, а "выставление себя напоказ" с нарциссизмом.

В одиннадцати главах (с интригующими названиями вроде "Рождение сексуального призыва" или "Общество кафе и публичность") – множество интересных сведений и выводов о дендизме и Джордже Браммеле, исторической роли торговых пассажей и кофеен, культе звезд и тернистом пути американского Vogue, нуворишах и выскочках, современных руководствах по производству гламура в домашних условиях и, наконец, о происхождении самого термина (у Вальтера Скотта, в поэме 1805 года: "волшебная сила, благодаря которой обычные люди, дома и места казались великолепными"). 

Для чего: В общем и целом, захватывающее, богатое фактурой произведение Гандла представляет собой развернутое пояснение знаменитого афоризма философа Жана Бодрийяра: "Единственный признак славы знаменитостей составляет сама их знаменитость, факт их известности. Однако знаменитость есть ни что иное, как вариант нас самих, идеализированный рекламой. Подражая ему, стремясь одеваться подобно ему, говорить его языком, казаться его подобием, мы только подражаем самим себе".

Стивен Гандл. "Гламур" на Ozon.ru

Роман Сенчин. "Информация". [Издательство "ЭКСМО"]

Еще один опус самой спорной фигуры "нового реализма" об очередном "лишнем человеке"

Автор: 40-летний прозаик, многократный номинант литературных премий, в активе которого кромешно мрачный роман "Елтышевы" и еще масса больших и маленьких текстов, лейтмотивом которых выступает тотальный социальный распад, главное содержание русской реальности последних двух десятилетий.

О чем: Главный герой "Информации", сравнительно успешный 32-летний московский (провинциального, конечно, происхождения) сотрудник рекламного агентства, погружается в бесконечную череду жизненных провалов: жена заводит связь на стороне, на улице нападают грабители, новая любовница психопатка, на работе кретины и сволочи, с ипотечным кредитом неприятные осложнения, дальше - хуже. 

Для чего: Методичное, почти садистское описание падения и деградации отдельно взятого представителя столичного "креативного класса" (в котором, как в зеркале, отразилось... и т.д.) кому-то может показаться совсем уже непростительным занудством. Но написанные добротным ровным языком, ритмически безупречные, с явно кинематографической структурой тексты Сенчина (Пелевина, из котрого вынули соблазнительную эзотерику и богатую фантазию; Минаева, которому подарили талант) можно воспринимать в качестве необходимой сегодня социально-реалистической медитации.

Роман Сечин. "Информация" на Ozon.ru
Другие книги Романа Сенчина на Bookmate.ru

Нассим Талеб. "О секретах устойчивости". [Издательство "Ко-Либри" ("Азбука")]

Дополнение к талебовскому бестселлеру "Черный лебедь" плюс афоризмы житейской мудрости

Автор: Биржевой трейдер ливанского происхождения, с математическим образованием. Его 600-страничное, нашпигованное блестящими историями и наглядными примерами, эссе "Черный лебедь" (русский перевод вышел в 2009 году) о том, что редчайшие случайности играют решающую роль в экономике в частности и в развитии современной цивилизации вообще, стало бешено популярной, в определенных кругах сделав Нассима Николаса Талеба гуру, не больше и не меньше.

О чем: Изданная вдогонку "Черному лебедю" книга составлена из двух частей: страстного эссе-постскриптума, в котором Талеб отвечает на атаки оппонентов, среди которых разные светила экономической мысли; и сборника, натурально, афоризмов касательно бизнеса, этических и философских вопросов, житейских материй и т.д. Нерв сочинения все тот же: утверждение нового эмпирического метода против устаревшего принципа рациональной причинности.

Для чего: Тем, кто читал "Черного лебедя", будет любопытно проследить дальнейший маршрут талебовской концепции и полемики вокруг этого, происходящего  прямо сейчас приключения западной мысли. Пропустившие скандальный бестселлер могут обратить внимание на второй раздел книги: Талеб (по мнению критика Льва Данилкина, претендующий на роль аж современного Ницше) является важным, возможно, главным философом (Айн Рэнд уже в антикварной лавке) для тех, кто считает капитализм и рыночные отношения отнюдь не пролистанной страницей истории.

Нассим Талеб. "О секретах устойчивости" на Ozon.ru
Другие книги Нассима Талеба на Bookmate.ru

Славой Жижек. "Искусство смешного возвышенного. О фильмах Дэвида Линча". [Издательство Европа]

Дежурное, но тем не менее превосходное произведение в жанре "Проповедь Славоя Жижека

Автор: Словенский левый мыслитель с популярностью рок-звезды, в промышленных масштабах регулярно выдающий свой очень своеобразный микс из марксизма и лакановского психоанализа, приправленных гегелевской диалектикой и пропущенных через мясорубку массовой культуры и кинематографа.

О чем: Книга буйного философа посвящена "Шоссе в никуда" (1997) - недооцененному и, наверное, самому жуткому и странному фильму парадоксального трикстера Дэвида Линча. Но собственно поэтика, символы и перверсии этой ленты и линчевского кино в целом, получив изрядную порцию остроумных наблюдений и толкований, становятся поводом для невероятно увлекательного, перенасыщенного концепт- и неймдроппингом, монолога автора обо всем на свете, среди прочего - о комическом и серьезном, природе идеологий и искусства, онтологическом статусе человека.

Для чего: Линч, любимый режиссер зачастую враждующих между собой категорий киноманов, всегда вызывал неудержимое желание его понять, проинтерпретировать, раскрыть секреты. Часто для этого применялась различная ерунда: например, упрощенный вариант юнговской аналитической психологии. Жижек предлагает свой "ключ" к пресловутому черному вигваму. Ну и, разумеется, книга - традицонное представление высокого интеллектуального цирка под вывеской "Славой Жижек". Как по мне, это всегда хорошо.

Комментарии

Читать на эту тему