Молодая кровь: Forms Studio
  • 11.11.15
  • 2530

Молодая кровь: Forms Studio

Анастасия Комарова, основательница марки Forms Studio, рассказывает о сложностях на производствах в России и в Испании, и почему писать в иностранные издания – не пустая трата времени.

Анастасия Комарова,
основательница марки Forms Studio

Город: Москва
Год основания:
2011
Коллекций выпущено: 5

С чего все начиналось

«По образованию я архитектор, окончила МАрхИ в 2010 году. На последнем курсе университета у меня появилась идея сшить себе сумку. Как архитектор, я подошла к этому серьезно – экспериментировала около года: думала, с чего начать, пробовала разные варианты, смотрела, делала макеты. Из личного желания сделать сумку все это переросло в собственный проект.

Мне очень понравилось, какой получилась первая сумка. А ведь оставалась еще куча эскизов. Меня пригласили участвовать в trade-show, там я познакомилась с дизайнерами, поняла, что это такое. Возникла мысль о том, что можно сделать больше, чем десять сумок, но я не думала об этом, как о бизнесе, о каком-то бренде. Нашла маленькое ручное производство в Москве, и мы сделали первую коллекцию. На протяжении года я пыталась все это продвигать и развивать, не могла найти подходящее производство, а потом мне поступило предложение организовать свое архитектурное бюро, и сумки я отложила.

Прошлым летом я рассталась со своим партнером по архитектуре и стала заниматься выставочным дизайном. Тогда мне неожиданно пришла пара заказов на сумки. Нашлось производство, и я решила, что нужно вернуться. Моя последняя коллекция, Transformers, была придумана года два назад. У нее было очень много прототипов: надо было понять, как все будет крепиться и какой размер будет самым оптимальным. Год назад выпустили финальную версию первой партии, и с июля этого года я плотно занимаюсь сумками. Раньше всегда это было так: я работаю архитектором и иногда делаю сумки, теперь же сумки – это основное.

О продвижении и выходе на Запад

Когда я сделала первую коллекцию и отсняла лукбук, встал вопрос о том, куда его отнести и где показать. Мне просто повезло, наверное. Долго договаривалась о встрече с «Леформ», у меня не было там знакомых. В конце концов, когда мы встретились, и они увидели сумки, то забрали сразу все. Так я начала продаваться. Сотрудничала еще с Rehab, а сейчас продаюсь в Moussa project, «Цветном», 3,14 project и Indexflat.

О первой коллекции мне хотелось рассказать буквально всем. Я отсылала письма и фотографии как в русские издания, так и в зарубежные. Для этого не надо быть пиарщиком, я просто зашла на Issue.com и стала писать всем журналам, у которых мне нравился материал и общий концепт. От наших изданий никакого отклика не было, зато обо мне написали, например, итальянский Vogue и Cosmopolitan. Это работает, просто надо уделять время и делать хороший контент.

С того момента я решила ориентироваться на Запад: сайт и все соцсети ведутся на английском языке, производство с недавних пор тоже размещается в Испании. Сейчас у меня примерно половина покупателей из России. Была большая волна покупателей из Италии – наверное, сработали те публикации в журналах несколько лет назад – и очень много греков, что удивительно. Надо было спрашивать их, откуда они узнали обо мне, но я никогда не задавала этот вопрос. Разные блоги писали про меня – видимо, через них и находят.

О производстве

К фабричному производству я пришла от качества, а не от количества. В самом начале все делала своими руками, потом нашла швею, работавшую на дому – она могла отшить небольшую партию, штук 10-20. Но после выпуска первой коллекции захотелось делать вещи более сложных конструкций, с применением прессов и специальных машин. Мне было недостаточно просто ровно сшитого клатча, я хотела большего. В производстве есть всевозможные резаки, утоньшители, а у ремесленников, работающих руками, таких возможностей нет. Кто-то говорит, что мои первые сумки были самые лучшие – кому-то нравится такая эстетика и есть дорогие бренды, которые в ней работают, например, Gotti. Мне это не очень близко. Мне, наоборот, хотелось четкости линий, строгости, каркаса.

У нас есть производства, но у них нет опыта. Как оказалось, это колоссальная проблема в России. Индустрия была когда-то, умерла и сейчас возрождается, но медленными темпами. Многие вещи приходится делать «на ощупь»: пробовать, экспериментировать. На это уходит много времени. Фабрики, которые только и делают, что шьют сумки, обещали отшить мою коллекцию за две недели. В итоге, на это ушел год. Постоянно откладывали: зачем им делать партию из десяти штук с такими сложностями и придирками к качеству, когда можно делать ерунду тысячным тиражом и получать за это деньги?

В этом плане развивать производство в Испании оказалось не легче. Вопрос не в качестве. Качество, которое сейчас есть в России, ничем не уступает европейскому, но с точки зрения налогов и транспорта, проще. Кожу я закупаю в Испании, молнии – в Швейцарии, а фурнитуру – в Италии. С нашими ограничениями ввозить все это непросто, особенно кожу.

О дальнейших планах

В будущем хочется прийти к выпуску сезонных коллекций. Сейчас я выпустила коллекцию сумок-трансформеров со смененными «обложками» и ремешками разной длины. Мне кажется, что для того, чтобы покупатель привык к ним, нужна, как минимум, пара сезонов. Дальше можно будет перевыпускать базу и создавать новые «обложки». У меня уже есть удачные модели клатчей, которые переходят из коллекции в коллекцию, но есть и совсем новые вещи – кошельки, визитницы, другие изделия, разные по ценам и функционалу.

Раньше я никогда не относилась к марке серьезно, а сейчас я понимаю, что это очень даже серьезная вещь, если уделять ей достаточное количество времени. Хотелось бы продолжить заниматься этим и подниматься на мировой уровень».


Благодарим Анастасию Моторо за помощь в подготовке материала.


Комментарии

Читать на эту тему