Книги июня. Выбор Лангенбурга
  • 30.06.12
  • 1039

Книги июня. Выбор Лангенбурга

Новый Брет Истон Эллис; неприятный роман Терехова про московское чиновничество, получивший "Нацбест"-2012; образы Италии в виртуозной версии Аркадия Ипполитова; история XX века от музыкального обозревателя The New Yorker; нон-фикшн о генетике и здоровом образе жизни

Александр Терехов "Немцы" [Издательство АСТ]

Мрачный экзистенциально-сатирический роман о современном чиновном сословии; премия "Нацбест-2012"

Книги июня. Выбор Лангенбурга

Автор. Журналист и редактор в прошлом, ныне прозаик "среднего" поколения, вызывающий в отечественной прессе и блогосфере чуть ли не наибольшие споры. Предыдущий роман Терехова, 800-страничный "Каменный мост", получил "Большую книгу" и спровоцировал  ожесточенную полемику; многие обвинили автора в разных грехах: от манерной формальной переусложненности его текста до симпатий к сталинизму.

О чем. "Немцы" - чуть менее объемная, чем "Каменный мост", и несколько более милосердная к читателю вещь. Главный герой, глава пресс-центра одной из московских префектур по имени Эбергард, "пилит" бюджеты, лавирует в хищно-пресмыкающемся мирке столичного чиновничества, страшится нового префекта из "силовой башни" (которого все называют просто Монстром), а также переживает мучительную личную драму: после развода с женой ему не дают видеться с дочерью, единственным на свете человеком, к которому герой испытывает светлые чувства. Параллельно разворачивается панорама условно лужковской Москвы - с воровством целевых средств и откатами, скучным и пошлым фарсом "выборов" и массой выразительных деталей, в числе которых, например, криминальный православный священник, "имеющий несомненное отношение к тороговле шаурмой" или пожирающая все на своем пути фирма "Добротолюбие", которая принадлежит ненасытной супруге мэра Лиде (прототип понятен).

Зачем. Большинство членов жюри "Нацбеста" этого года, голосовавшее за "Немцев", говорило о социальной актуальности тереховского романа, созвучии его сложноустроенной, узорчатой прозы некоему нерву времени. Действительно, это такая панорама неофеодальной путинской Руси, с ее могущественными кланами, междуусобицами властных группировок и бесправной немотой "челяди". Вынесенные в название и выраженные в именах главных героев (Эбергард, Эрна, Улрике, Хассо, Сигилд, Фриц и т.д) "немцы" означают как "варягов", профессиональных властителей хаотических славянских пространств, так и оккупантов, разорителей. И надо честно предупредить: мир романа Терехова не только несправедлив, но и неприятен, до физического отвращения, этому миру жаль поставить даже "ноль".

Брет Истон Эллис "Ампирные спальни" [Издательство ЭКСМО]

Герои дебютного романа важнейшего американского писателя четверть века спустя

Ампирные спальни

Автор. Невероятно популярный среди отечественных прото-хипстеров начала-середины 2000-х писатель, сочинивший "Американского психопата" и "Гламораму" - крайне язвительные, издевательски поверхностные, довольно кинематографичные, веселые и мрачные портреты-хроники обезумевшего общества потребления. Названный журналистами конца прошлого тысячелетия "патологанатомом поколения X", Эллис ныне, помимо прочего, делится всяческой полезной информацией о шоу-бизнесе и остроумно ругается в своем твиттере.

О чем. В центре повествования - нью-йоркский беспринципный сценарист, приезжающий в Лос-Анджелес: там он пытается разобраться с многочисленными бывшими и нынешними любовницами, много пьет, мешая алкоголь с пилюлями, а также оказывается втянутым в цепь предельно нехороших происшествий.

Зачем. Последовательно развивающегося сюжета тут нет, персонажи многофигурно и беспорядочно толпятся, как в фильмах Олтмана. "Спальни" - продолжение "Ниже нуля", первого романа Брета Истона Эллиса, написанного тем в колледже, в неполные двадцать. Герои пронзительного юношеского произведения о "золотой молодежи" 80-х, погрязшей в наркомании, циничном разврате, безделье и бессмыслице, спустя четверть с лишним века занимаются примерно тем же самым (за исключением того, что теперь они что-то сочиняют и кого-то продюсируют), только с понятными возрастными поправками в обычном настроении. Это уже не диагноз пресловутому "поколению X", а его эксгумация для перезахоронения на окончательно надежном кладбище. Однако это довольно крутая, смешная и подробная эксгумация.

Алекс Росс "Дальше - шум. Слушая ХХ век" [Издательство Corpus]

История академической музыки XX столетия, рассказанная неакадемическим языком

Дальше шум

Автор. Музыкальный критик, обозреватель журнала The New Yorker, специалист по академическому авангарду и композиторам-минималистам. Первая его книга, название которой переворачивает знаменитое восклицание Гамлета, вышла в 2007-м и возглавила рейтинги нон-фикшна

О чем. История современной "серьезной" музыки и, через нее, - очередная грандиозная панорама недавно минувшего столетия, со всеми положенными остановками: дововенная Вена, веймарская и затем гитлеровская Германия, сталинский СССР, нью-йоркский даунтаун 60-70-х, мультикультурная действительность последних двух декад века. Росс, кроме всего прочего, отвергает существование четкой границы между академическим авангардом и "поп-музыкой" в широком смысле: в одной из глав подробно разбирается влияние минимализма Райха, Кейджа и других на рок-андеграунд конца 60-х, например, на The Velvet Undeground; чуть дальше автор пишет: "Welcome to the Terrordome хип-хоп-группы Public Enemy — это "Весна священная" черной Америки".

Порядок слов, 579 руб.
Наб. реки Фонтанки, 15
тел. +7 (812) 310-50-36

Зачем. Широкая эрудиция, стремление показать скрытые источники и влияния (в чем книгу Росса можно сравнить с "Музпросветом" Андрея Горохова) сравнительно-исторический подход отрадным образом сочетаются здесь с доступностью изложения при умеренном использовании жреческого музыковедческого жаргона - так, что понятно даже чуждым теме читателям. Также предельно далека от сухости научной монографии подвижная структура текста: здесь и воспомниания, и социокультурный анализ, и объяснение тонкостей музпроцесса, и увлекательные рассказы о жизни и творчестве главных фигур музыки XX века.

Аркадий Ипполитов "Особенно Ломбардия: образы Италии XXI" [Издательство "КоЛибри"]

Художественный ломбардийский травелог сочиненный петербургским искусствоведом-денди

Автор. Петербургский искуcствовед, старший научный сотрудник Эрмитажа, хранитель итальянской гравюры; человек, сделавший одну из самых необычных и изысканных питерских выставок 2000-х - "Роберт Мэпплторп и классическая традиция", когда фотоработы великого нью-йоркского художника сочлись с маньеристской гравюрой; кроме того, эссеист и литератор.

О чем. Подробное путешествие по провинции в Северной Италии: Милан, Павия, Брешия, Комо, Кремона и так далее. Архитектура, живопись и поэзия, гастрономическое и философское, карнавалы и быт.

Зачем. Книга Ипполитова - не путеводитель, не искусствоведческое эссе, не антропологическое и краеведческое исследование, а все это вместе, сплавленное в причудливую волшебную форму. Это в самом деле текст, доставляющий почти телесное наслаждение. Кроме того, как пообещал автор, "перед вами – первая часть первого тома, а должно быть семь томов. Обязательно будет продолжение с остальными частями этого сапога, а пока только вот такой кусочек ботфорта!"

Петер Шпорк "Читая между строк ДНК" [Издательство "Ломоносов"]

Бодрый нон-фикшн о том, что делать с "генетическим проклятием"

Петер Шпорк, читая между строк

Автор. Немецкий нейробиолог, популяризатор науки, выпустивший несколько книг о фундаментальных биологических проблемах, предназначенных для "чайников".

О чем. Ученый более или менее доступно рассказывает об "эпигенетике" - кардинально новой науке, изучающей "структуры, наделяющие каждую клетку индивидуальностью и в целом образующие ее эпигеном", который по сути есть определитель продолжительности жизни и состояния здоровья. Расссуждая о том, почему, скажем, курильщики с избыточным весом порой живут дольше, чем фанаты зарядки по утрам, или объясняя, что взрослые склонны к определенным болезням, если в младенческом возрасте испытывали недостаток любви, автор утверждает мысль: геном можно регулировать, и наука уже начала движение к великой (медицинской) революции.

Зачем. Во-первых, здесь развеивается популярный у далеких от биологии миф о всесильности генома. Во-вторых, следовательно, Шпорк предлагает все-таки каждому индивиду не полагаться на генетический произвол и заботиться о своем здоровье, не увлекаясь вредными привычками и ведя экологически ответственный образ жизни.

Комментарии

Читать на эту тему