Макс Черницов
  • 15.12.09
  • 1319

Макс Черницов

Напрасно его сравнивают с Гошей Рубчинским. Никакого сходства между их историями, по сути, нет. Со стороны последнего – подчеркнуто актуальные стилистические закосы под скейтбордистов и гопников-"чавсов". Черницовский образ – мрачные, решительные, с бессонными лицами (потому как всю ночь читали "Поваренную книгу анархиста") юноши, которые душою словно бы из XIX века

Макс Черницов рассуждает о том, кто лучше - Ставрогин или Верховенский, о перспективах экстремистской деятельности и о своем видении индустрии российской моды.

Дизайнер Макс Черницов. Интервью
Макс Черницов

Ваша недавняя мужская коллекция "весна-лето 2010" называется «Бесы». Почему вы сочли нужным обратиться к демоническому образу Ставрогина именно сегодня?
Макс Черницов: Быть пророком – довольно опасная миссия. Однако дизайнеры моды считывают мечты, настроения, устремления общества, с одной стороны, а с другой – участвуют в формировании настоящего. Для меня важно, чтобы коллекция была актуальной. Потому почувствовать “напряжение”, поймать сильную волну – одна из основных моих задач. Тема терроризма, казалось бы, приутихла после многочисленных трагических событий начала двухтысячных. Однако, терроризм никуда не исчез, он стал одним из самых эффективных приемов в борьбе за людские умы. Я соединил современный терроризм с кровавой страницей истории Российской империи… И все могло бы остаться эффектной историей, если бы “волны”, о которых я говорил, не начали материализовываться. Жертвы “Невского экспресса”… Кто следующий?

Человек, который сознательно выбрал бы наряд из вашей коллекции, к кому он ближе – к Ставрогину или Верховенскому? Обязательно ли ему вообще знать всю предысторию или достаточно выглядеть в меру брутально, но не настолько, чтобы не казаться одновременно интеллигентным?
М.Ч.: Задача стояла непростая: соединить брутальность, дремучую земельную силу “человека от сохи”, который волею смутного времени оказался в городе, с рафинированным интеллигентским образом. Как варианты: вечный студент или франт из высшего света, денди, прожигатель жизни. Петр Верховенский у Достоевского – это ведь жаба, мерзость, скопище всех грехов: подлости, зависти, предательства… это мелкий бес. Такого делать «героем» моего повествования никак не хотелось. Я думал об образе трагическом: человека сильного, но запутавшегося, потерявшего всякие жизненные ориентиры. Из истории известно, что ради «высокой» идеи горячие головы предавали друзей, доносили на братьев, приговаривали к смерти членов семьи… Так что Ставрогин – кандидатура, более подходящая для вдохновения. А вместе с ним я бы выделил Шатова и Кириллова.
Однако, спускаясь на землю, замечу: потребитель ведь приобретает дизайнерскую одежду, чтобы чувствовать себя успешным, привлекательным, неординарным, и, если кроме практической пользы есть некий культурный background в вещах, ценность их в глазах покупателя повышается. Я говорю сейчас не о цене, а именно о ценности для конкретного покупателя, о том нематериальном, что позволяет назвать вещь любимой.

Хотели ли вы провести некоторые параллели между тогдашним временем (19 век, народники, приготовление взрывчатки в кустарных условиях) с веком нынешним? Если да, то в чем они?
М.Ч.: Параллели чувствую. Сегодня появилось много усталости и разочарования в головах. Все реже замечаю бескорыстный энтузиазм и горящие глаза. В истории все повторяется: общество потребления вступило в фазу разрушения. Пресыщение благами, удовольствиями, и как следствие – кризис. Злость и раздражительность накапливаются, а пустота существования вновь становится очевидной. Так что на следующем этапе появится идея уничтожить порочную систему, разрушить мир бездумного потребления, предать свою плоть и дух. Терроризм и экстремизм станут главными орудиями. В мировой и российской истории это уже случалось не раз.

Макс Черницов. Коллекция мужской одежды весна-лето 2010
Макс Черницов.
Коллекция мужской одежды весна-лето 2010

Когда вы создаете коллекции, наверняка имеете в голове образ предполагаемой ее аудитории. Какой это мужчина и какая это женщина?
М.Ч.: Никогда не понимал, как ответить на вопрос “кто ваша аудитория”? Я ничего не знаю о других людях. Каждый ограничен рамками одного тела и одной личности (шизофрения не в счет). Я делаю то, что считаю актуальным, важным для себя сегодня. Если кто-то думает так же, если людей этих много – искренне рад. Значит, работа не напрасна и продолжать дело имеет смысл.

Можно ли описать ваш творческий процесс? Как он рождается и развивается? Идея появляется из ниоткуда, или вы ее аккуратно подыскиваете?
М.Ч.: Идея рождается из наблюдений за окружающим миром. Важно также некое внутреннее созерцание. Идея приходит неожиданно, но, в то же время, гармоничность её должна стать очевидной. В противном случае через пару дней она забудется и уйдет. А дальше появляется азарт. Тему нужно раскрыть, наполнить плотью… это и есть процесс работы над коллекцией: материализация.

Как бы вы сами оценили ваш авторский путь – от самой первой коллекции до недавней?
М.Ч.: Это непростой путь духовного поиска. За прошедшие годы, что бы я ни делал, в моих работах присутствовали юмор, оптимизм и открытость миру. Это удивительно, потому что в обыденной жизни мне часто не хватает именно этого.

Макс Черницов. Коллекция мужской одежды весна-лето 2010
Макс Черницов.
Коллекция мужской одежды весна-лето 2010

Филологическое образование помогло вам в дизайнерской работе?
М.Ч.: Как ни странно, сформулировать мысль, идею – сложная задача. Образование помогло здесь как нельзя лучше.

Нередко возникает путаница с понятием «мода», тем более сейчас, когда это слово лепят из цветной бумаги даже на витринах муниципальных комиссионок. Кто-то от этого понятия спешно открещивается, кто-то, наоборот, гипертрофирует. Прошу прощения, но что, на ваш взгляд, сегодня значит «быть модным», ну, или «стильным»?
М.Ч.: Мода – это всегда толпа, это то, что увлекает множество людей. Стиль – индивидуален. Человек может вам нравиться или вызывать отвращение, но только ярких сильных личностей можно назвать «стильными», хотя сам термин раздражает безумно. К сожалению, смысл многих чудесных слов нивелирован из-за частого бездумного использования . Осталась тугая глупая каша, в которой «гениальность» приравняли к популярности, «элитарность» к тугому кошельку и т.д.

Какие чувства у вас вызывает нынешнее состояние российской модной индустрии?
М.Ч.: Чувство тягостной безнадежности посещает меня всё чаще… То, что российская мода так и осталась песочницей, наполненной наполеоновскими амбициями, – печальная история. С годами былой энтузиазм уже не спасает.

Дизайнер Макс Черницов. Интервью. Зима 209-2010
Макс Черницов (http://www.flickr.com/photos/maxchernitsov/)

Кто ваши кумиры, или люди, жизнь которых вас вдохновляет (не обязательно из мира моды)?
М.Ч.: Боже, спаси от кумиров! Вдохновляют Василий Кандинский, Хуан Миро, Жан-Мишель Баския, Эрвин Вурм, Майкл Стайп, Френк О. Герри, Чарльз и Рей Имз, Михаил Булгаков, Федор Достоевский, Хенрик Вибсков, Виктор&Рольф и многие-многие другие.

Комментарии

Читать на эту тему