Как фэшн-проекту работать с фото-контентом
  • 14.07.17
  • 1403

Как фэшн-проекту работать с фото-контентом

Всем, кто что-то понимает в процессах продвижения и позиционирования проекта в соцсетях, уже ясно, что лучше всего продает качественный контент. Говоря о марке одежды или магазине, следует уточнить, что фото-контент. Мы поговорили об этом с фотографом и сооснователем модельного агентства JUGENDMODEL Дарьей Кузнецовой. Она снимала для The Blueprint, Afisha Daily, Wonderzine, Crom magazine, Vogue Russia, Sickymag, Interview Russia, Buro 24/7, W-O, Polytechnic museum's paper, Liniastore, Antrerobe, Vintage marketplace, Strogo vintage.


Дарья Кузнецова,
фотограф, режиссер,
сооснователь модельного агентства JUGENDMODEL


С чего у тебя все начиналось?

Я снимаю уже с 2013 года, но, наверное, самый сильный был этот год. Я училась на графического дизайнера в педагогическом вузе. В образовании я разочаровалась – ты смотришь на зарубежные источники, понимаешь, насколько там люди относятся с уважением к тому, что делают, и сравниваешь с тем, что нас на курсе учат делать. Это какие-то «оригами», которые далеки от реальности. Потихоньку я начала изучать фотографию – в ВУЗе ее тоже преподавали плохо. Параллельно я занималась проектом «Отряд», мы с лучшим другом верстали зин, искали новых фотографов, художников. Мне нравилось верстать. Я смотрела на журналы, тогда я не могла их себе позволить, а потом меня сорвало, я покупала их постоянно. Я смотрела на иллюстрации в них, изучала фотографию: почему такие снимки, почему в Vogue такой стиль. Мне не по душе российские журналы, как они сверстаны. Все вроде более или менее нормально, но в этом нет вкуса, ты не хочешь приложить свою щеку к обложке. Я хотела свой журнал и, наверное, я хотела все больше работать в этой сфере. Так появился интерес к фотографии.

Из не бумажных и крутых изданий я выделяю Bon Magazine. Он шведский, там такие теплые пастельные тона. Я пробовала делать съемку в их стиле, в аналогичной гамме. Gentlewoman очень люблю. Есть еще французский журнал Jalouse, он стоит один евро, но там такая бумага крутая. Я люблю Cereal, 1Granary, Appartamento – там крутая предметная съемка.

Я начинала снимать с архитектуры, с икеевских парковок, зданий. Я не любила снимать людей, мне казалось, что это очень пошло. Мне нравились предметы, казалось, что в них больше благородства. В тот же момент я выделяла снимки Стаса Калашникова, когда определяла для себя отношение к модели в кадре. Сейчас я снимаю уже и предметку, и людей. Мне кажется, что мое развитие медленное, потому что не было внешних мотиваторов, я не понимала зачем, просто был зов сердца.

Для Strigo Vintage


Одежду мне тоже нравилось снимать больше, чем людей в ней. Первая съемка одежды у меня была года два назад. Мне кажется, что у меня стилиста даже не было. Я снимала для секонд-хэнда Dancing Store, который делала моя подруга. Мы находили интересных персонажей и снимали одежду на них. У нас тогда было ограниченное пространство: небольшая комната на Цветном с высоким потолком. Разнообразия в декорациях не было, только за счет поз и одежды ты мог сделать что-то особенное. Тогда я поняла специфику одежды: тени, складки, блеск, фактура. Мне стало это нравиться. Наверное, когда ты ограничен в средствах, у тебя появляются новые мысли.

В какой-то момент мне написала Саша Рожкова, она работала в The Blueprint, и попросила портфолио. Это был мой первый коммерческий опыт. У них такая система: они берут молодого фотографа, работают с ним какой-то период, а дальше открывают свежих и талантливых ребят. Я не понимала, что от этого ждать, я не думала, что за это платят деньги. Это был стартовый шаг, после которого появились другие клиенты, рекомендация за рекомендацией, все начало выстраиваться.

Как строится работа с заказчиками?

Всегда по-разному. Когда человек приходит с полностью готовым решением, то мне становится скучно, я не понимаю, какую задачу нужно решать. Я считаю, что мне очень повезло с людьми, с которыми я работаю – они все относятся к своему продукту с таким фанатизмом, с такой глубокой любовью, как я отношусь к фотографии. Для меня это не просто снимки, за которые я получу деньги, каждый для меня как отдельный друг. Конечно, бывали такие проекты, где ты просто снимаешь, но о них я не могу что-то вспомнить.


Для Artem Egorov


Как ты оцениваешь сегодняшнюю ситуацию с визуальным контентом в российской фэшн-индустрии?

Мне кажется, все только начинается, и люди, которые сейчас решаются создавать уникальный контент, для меня просто герои, первооткрыватели, которые очень любят свой продукт. Любовь к тому, что ты делаешь, первостепенна, потому что только это помогает тебе пойти на какой-то риск. Я считаю, что нужно воспитывать культуру среди своей аудитории, только хороший контент должен вызывать спрос. Мне очень нравятся ребята из Casa Shop, они занимаются посудой, и они снимают короткие видео в Instagram, и это на грани с искусством. Это настолько красиво, что мечтаешь об этих предметах, хочется поддерживать такие проекты.

Я абсолютно не верю исключительно в деньги. Я понимаю, что это очень сложно, понимаю, что многие перегорают сразу или на половине пути. Очень сложно долгое время сидеть без денег, я абсолютно такой же человек, как и молодые марки, я фотограф, который снимает чуть-чуть отхожие от стандарта вещи. Я могла бы получать гонорары крупнее за свои снимки: я знаю свет, я знаю, как снимать людей – «пошли фотосет устроим». Но мне отвратительно от этого всего, я не смогу жить с этим. Мне ничего не остается, наверное, кроме как проявить терпение и продолжать развиваться.

Почему сейчас так много похожего, если говорить о контенте многих марок в Instagram?

Если полистать мою ленту вниз, то там будут абсолютно белые, вылизанные фото. Это был период, когда я просто хотела красивого, я покупала белую бумагу, пленку под мрамор. В какой-то момент тебе просто противно от того, что ты копируешь. Я поняла, что в этом нет жизни, нет правды, нет абсолютно ничего моего. Я живу в России, не в Скандинавии, у меня не белая комната – у меня комната со стенами в цветочек. Такой «визуалкой» нужно пресытиться, повзрослеть, и тогда перерождение произойдет: захочется более качественного и искреннего контента.



Как изменилась система съемок? Если раньше снимали лукбуки и просто выкладывали на сайт или даже в соцсети, то теперь Instagram требует постоянное обновление контента.

Я понимаю, что я могу сделать крутую съемку, но если в аккаунте марки остальное будет радикально отличаться, то мне от этого хорошо не будет. Я просто не впишусь в их историю. Со Strogo Vintage, например, мы снимаем, когда появляется какая-то новая одежда или новые идеи. У нас нет проблем собраться и сделать съемку при всей занятости и небольших бюджетах.

Маркам нужно выбрать одну цветовую гамму и развиваться в ней. Это как ограничить себя в средствах и работать с тем, что есть. Фотографы нормально воспримут, если вы покажите ограниченную палитру. Не фотографу нужно курировать проект, а дизайнеру.

Я думаю, что вариант сотрудничества с фотографом должен быть таким: либо ты делаешь сразу две съемки с одной продукцией и потом их замиксовываешь, разбавляешь мудбордами, раскладками, либо стараешься найти человека, с которым можно выстроить работу на долгосрочной перспективе. Еще – можно раскладки снимать самим, а вот заковыристые съемки отдавать фотографу. Раскладки не интересно снимать фотографам, это довольно простая задача: выстраиваешь резкость и контраст по шаблону, а композицию выстраиваешь чуть ли не точь-в-точь по референсам.

А насколько сложно научиться законам и принципам фотографии?

Это просто. Всегда есть легкие вещи типа флетлей, которые для всех универсальны. Нужно придерживаться гармоничной цветовой гаммы, разобраться в композиции, в работе с пространством. Какие-то несложные вещи на нормальный мобильник снять не составит труда никому. По снимкам iPhone7 можно не понять, что они сделаны на телефон.

Если рассуждать о роли фотографа, то он сейчас должен быть не просто камерой. Очень много идет от твоей эстетики и способности мыслить. Это раньше камеры были дорогие и те, кто их позволял, считались фотографами, хотя порой умели только нажимать на кнопку. На iPhone сейчас можно снимать все, что угодно: при естественном свете, с неестественным светом – это не проблема, сложность в том, как скомпоновать. Как правило, фотографии не получаются из-за того, что не знаешь роли света и прочих мелочей. Большинство людей селфи раньше не умели делать из-за того, что они не знали, что около окна можно фотографироваться.


Для Strogo Vintage


У меня есть такой прием в работе: анализируя продукт, который снимаю, я задаю ему вопросы, как живому человеку. Это похоже на детскую игру, когда с игрушками разговариваешь. Вопросы предмету обычно такие: кто твои друзья, кто твои соседи по цвету. Интересно посмотреть с другой стороны на свой объект. Например, в съемке обуви, которую я делала для Strogo Vintage, есть одна фотография, на которой запечатлены полосатый камень и полосатый тапочек. У меня этот кадр вышел случайно: я люблю этот тапок, я на него уже месяц смотрю, и люблю этот камень, который нашла на карьере. Это момент, когда ты не головой думаешь. Ты чувствуешь, что они подходят друг другу, ты анализируешь цвета, думаешь: а что, если с этим попробую, а что, если с этим объектом. Это работа, а не только талант и случай.

Но у меня был и заказ, с которым я не справилась. Я не считаю это ошибкой – я просто не нашла диалога с предметом. Это было для Corporelle, кстати. Я не смогла понять предмет, я увидела это белье, мне очень нравится их история, но я свою личную историю не смогла снять.

Что сейчас происходит в России по твоим ощущениям? Я имею в виду среду фотографов, дизайнеров.

Мне, на самом деле, нравится, что происходит. Я считаю себя очень счастливым человеком, который работает с умными людьми. Они честно делают свой продукт, и это как фотографы, так и дизайнеры. У каждого какие-то свои цели, они выше, чем стать просто профессионалом в своей среде, и мне это очень нравится. Из всех фотографов у меня особенное отношение к Любе Козорезовой, она была фоторедактором в Wonderzine. Я чувствую по ее снимкам, что она очень искренне делает свое дело. Она просто не может по-другому. Мне нравится, что у нас есть с ней профессиональное взаимоуважение. Конкуренция – это самое гнилое, что может быть, если честно. Как бы все ни говорили, что конкуренция развивает, нет, потому что все, как крысы озлобленные, конкурируют не для того, чтобы быть самим лучше, но чтобы быть лучше, чем другой.

Мало иметь хороший вкус, мало иметь план в голове или хорошую базу фотографов. Я думаю, что честность – это двигатель прогресса. Честный дизайн и честная визуальная подача всегда собирают больший отклик, пусть не сразу, пусть не колоссальный, но значительно выше. Мне кажется, что сейчас очень много хороших людей, которые любят истинную и чистую красоту, не просто ради внешней картинки. За такими людьми есть будущее. Давайте вспомним про Рафа Симонса. За что бы он ни взялся, он делает это искренне, он болеет этим, и ты веришь его продуктам, ты воспринимаешь не марку Calvin Klein, а ты видишь, что Симонс с ней делает, как он ее видит, как он ее чувствует. Он принимает абсолютно радикальные решения, но я ему верю, потому что я знаю, что это не просто «про красиво».


Дарья Кузнецова – спикер образовательного курса BE IN OPEN «Как продвигать fashion-бизнес в соцсетях» (14-22 июля). Почитать о курсе и купить билет можно здесь.

Читать на эту тему