Интервью: Юлия Никулина, сооснователь Rosbalet
  • 21.05.18
  • 2589

Интервью: Юлия Никулина, сооснователь Rosbalet

На российском рынке сегодня существует, пожалуй, только одна марка обуви премиум-сегмента, которая котируется за рубежом. Это Rosbalet. И с дизайнером марки Сергеем Козыревым вышло уже предостаточно интервью, которые сводились к обсуждению творческого процесса, источников вдохновения и особенностей дизайна. А о том, как Rosbalet функционирует с точки зрения бизнеса, еще никто не писал. Мы поговорили об этом с сооснователем марки Юлией Никулиной, которая занимается ее развитием, производственными процессами и финансовыми вопросами.

Юлия Никулина – спикер Форума BE IN OPEN 2018. Она представила кейс марки Rosbalet. Купить доступ к платформе COURSE BE IN OPEN, на которой размещены видеозаписи всех лекций и мастер-классов Форума, можно здесь.


Юлия Никулина,
сооснователь Rosbalet


Какая команда работает над Rosbalet?


Наша команда небольшая, но эффективная. Если брать только дизайн и разработку моделей, то это всего два человека: Сергей Козырев и я. Не очень люблю эту фразу, но тем не менее употреблю: мы реально работаем в тандеме. Сергей отлично рисует и реализует как свои идеи, так и мои. Подборкой материалов и цветов в основном занимаюсь я, но к окончательному решению по коллекции всегда приходим вместе. Также есть менеджер по продажам, PR-специалист, ответственный за контроль производства. Пока справляемся этим составом.


Когда пишут о Rosbalet, в центре всегда фигура Сергея Козырева. А о вас информации в СМИ, по крайней мере в российских, нет. С чем это связано? Как вы познакомились с Сергеем, как запускали марку?


Я познакомилась с Сергеем в Москве весной 2016 года. Он показал мне свою обувь, которую сделал без какого-либо технического оборудования и из имеющихся под рукой компонентов. К открытию компании меня вдохновил не только увиденный результат, но и подход к созданию обуви: требования к комфортности не меньше, чем к дизайну. На тот момент я была занята в другой сфере и не могла сразу взяться за марку. Только с июля 2017 года я вошла в управление Rosbalet. Этим и объясняется отсутствие обо мне информации в СМИ. К тому же для меня важно непосредственно развитие марки, без ссылки на дизайнера или владельца.


Почему вы изначально выбрали французское производство?


Очень просто: мой супруг – француз и я, соответственно, много времени провожу во Франции. Когда началась история с маркой, естественно, первое, что пришло в голову – искать производство во Франции. К тому же это красивая история – русская команда, французские мастера. Между нашими странами всегда была культурно-историческая связь. А если производить обувь во Франции, то где еще, если не в Романе? Это небольшая деревня рядом с Валанс, которая с давних времен славится своими обувщиками. Там в свое время делали обувь для Chanel и Dior. Однако со временем Роман потерял вес, оттуда ушли крупные бренды, но там осталось очень много небольших производств с большой историей и высоким уровнем мастерства.



Первое время мы делали обувь именно в Романе, однако впоследствии у нас возникли трудности с французами, и мы были вынуждены искать другие варианты. В итоге, как и множество других брендов, мы оправданно выбрали Италию, куда полностью перевели производство. География нашего текущего производства обширная: от Тосканы до Адриатики. Именно в этих регионах сосредоточены самые известные обувные фабрики. Цены там приблизительно такие же, как на французских фабриках, а с точки зрения оснащения компонентами, материалами и логистики это еще и удобнее.


Какие у вас тиражи?


Изначально производство составило около 1000 экземпляров. Потом мы решили увеличивать тираж, но французская фабрика с новыми объемами не справилась. Эта была одна из причин, почему мы вынуждены были сменить производителя. С итальянскими заводами мы пока ведем себя осторожно: с ними нужно поработать хотя бы два-три сезона, чтобы понять, насколько возможно долгосрочное сотрудничество. Первые заказы обычно все делают в срок, никаких проблем не возникает. А потом начинаются объяснения в духе: нам нужно срочно доделать заказ Gucci, и производство твоей партии отодвигается. Такие проблемы существуют при небольших заказах – крупным брендам всегда отдается приоритет в каких-то экстренных ситуациях. Но я всячески добиваюсь от итальянцев, чтобы наши заказы не отодвигались на второй план. Пока получается. Посмотрим, что будет дальше.

Возвращаясь к объему производства, мы пока его наращиваем предельно осмотрительно, с учетом смены фабрики-производителя. Но с другой стороны, мы не стремимся делать массовый продукт с многотысячными продажами.


Когда о вас начали писать в отечественных СМИ, было не совсем понятно, насколько марка французская, а насколько российская. А как вас воспринимали во Франции первое время?


Мы позиционируем наш бренд как интернациональный. Тот факт, что производство Rosbalet изначально осуществлялось во Франции, был использован нашими менеджерами по продаже как маркетинговый ход, а пресса это сразу подхватила и моментально повесила ярлык французского бренда.

Вообще, мы запускались, как российский бренд, создающий продукт во Франции. Сегодня, в эпоху глобализации, это нормально: рисуем в Москве, производим в Европе, продаем во всем мире. Зацикливаться на том, что мы из России на 100% мы не собираемся, но и уходить от наших культурных корней не будем. Потому что в России в принципе нет обувных брендов премиум-класса, которые могут представлять страну на мировом уровне.



А в каких странах вы лучше продаетесь?


Если судить по результатам продаж, наибольший интерес к обуви Rosbalet проявляется во Франции и Китае, но также бутики со Среднего Востока являются клиентами марки и успешно продают нашу обувь. Для данного рынка с учетом локальных метеоусловий и высоких требований к качеству мы специально разработали коллекцию Silky Version: модели там сделаны из шелка.

Может показаться, что шелк – странный выбор материала, да и к тому же сложен в производстве, но обувь из него очень практична и удобна. Я сама люблю посещать разные мероприятия и вечеринки, и всегда проблемой было найти ту обувь, которая была бы вечерней, легко дополняла бы любой наряд и при этом была бы удобной. Обуви из шелка на рынке не так много, и я всегда покупала такую без повода, если попадалось что-то интересное.

Когда мы начали продаваться на Среднем Востоке, среди байеров, посетивших наш шоурум особенный успех имела одна модель, выполненная в замше. Замша – некоммерческий материал для данного региона, поэтому я решила выполнить уже созданную модель в шелке. После разработки нескольких прототипов заказ ушел в производство. Туфли из Silky Version будут частью повторяющихся от коллекции к коллекции моделей и помимо магазинов, обязательно будут продаваться на сайте rosbalet.com.

Вообще мы любим экспериментировать и в плане моделей, и в плане материалов. Мы уверены, что всегда найдем своего клиента – сколько у нас было запросов даже по поводу сценической обуви – артисты хотели для выступлений то, что было еще в прототипах. К примеру, мы очень дружим с певицей Луной, и она периодически просит обувь на свои концертные выступления, отмечая, что она очень удобная. Она давно не танцует на каблуках, но, тем не менее, в нашей обуви может спокойно отработать концерт.



Вам было сложно выйти на российский рынок? Есть ли проблемы с продажами здесь?


Выйти на российский рынок было не сложно, нас достаточно быстро заприметили. Конечно, не без поддержки в прессе. В настоящий момент в России мы продаемся на aizel.ru. Они дают очень хорошие отзывы по продажам. Средняя цена за одну нашу пару обуви порядка 500 евро, но спрос есть, и он был сразу же.


Вы сначала стали известными в России или за рубежом?


Это все случилось одновременно. После первой презентации, которая прошла в резиденции Посла Российской Федерации в Париже, многие магазины разместили несколько заказов. Я не могу точно сказать, какой рынок на тот момент преобладал.

Нашими клиентами на настоящий момент являются около десятка магазинов, которые известны не только своей селективностью относительно стиля и качества, но также являются трендсеттерами и открывателями новых марок. Среди них парижские Printemps и Les Suites, шанхайские Alter China и Nina, 51 East в Катаре и Robinson в Дубае. В ближайшем будущем количество бутиков-клиентов наверняка увеличится: многие магазины, включая таких мэтров продаж, как net-a-porter и matchesfashion, давно интересуются нами и следят за развитием марки, а именно за ее живучестью.


Вы производите за рубежом. Есть ли какие-то сложности в плане доставки товара в Россию? Санкции на вас как-то повлияли?


Никак не повлияли. Этот сегмент не был покрыт санкциями, у нас не было проблем с транспортировкой, и, надеюсь, что их не возникнет и в будущем. Мне кажется, вопрос о санкциях раздувается больше в политических целях и если затрагивает, то абсолютно другие рыночные сегменты, стратегически важные для страны. На практике, если говорить о модной индустрии, к счастью, все хорошо.



У многих российских марок сейчас сложности с продажами. У вас как-то снизились покупки в России за последнее время?


Если вопрос о курсе иностранной валюты, то он естественно влияет на ценообразование и соответственно на покупательную способность потребителей. Мы стараемся подстраиваться и готовы даже снижать цены на несколько процентов с тем расчетом, чтобы обувь было возможно купить, несмотря на то, что мы тоже завязаны на курсе евро.


Планируете ли вы расширять ассортимент, делать и какую-то другую обувь, помимо вечерней?


Мы хотим запустить линию спортивной обуви. Как бы я сама не любила обувь на каблуках, но кроссовки – это наше все. При этом у нас есть идея создать и мужскую линию кроссовок в коллаборации с актером Кристофером Ламбертом – он всегда говорил, что родился в кроссовках и даже приходит в них на красную дорожку. Мы уже обсудили с ним некоторые модели, но это долгоиграющая история, которую еще надо хорошенько разработать и продумать.

Комментарии

Читать на эту тему

Реклама